Прошло время, я снова стал влиятельным и знаменитым. Но подсознательно я ждал появления Алины. Я знал, что она появляется именно в эти мгновения — когда мне плохо или когда мне хорошо. Мысленно я сто раз убил ее, похоронил заживо, закатал в бетон, вырезал язык и всячески изуродовал тело. В моих мыслях она была мертвой и безопасной. Но где-то в глубине души таилось ожидание ее прихода. Я не мог объяснить самому себе, чем меня цепляет этот страх. Почему не покинет мысли и душу? Как маньяк, как неисправимый мазохист, я отсчитывал дни, зачеркивая в календаре уходящий год, и ждал, что скоро это снова произойдет. Волнение, охватывающее меня всякий раз, когда я думал о приближении опасности, раззадоривало. Сродни приключениям. Прыжкам с парашютом, горным лыжам и другим «толчкам», как я их называл, которыми периодически увлекался. В погоне за богатством не надо забывать, что ты живой человек, а не робот. Надо позволять себе отдых. Лучше, если он будет с адреналиновой составляющей.
Возможно, Алина была для меня адреналином. Наркотиком, о котором я не догадывался. Но ее появления я, кажется, ждал с нетерпением.
Я не собирался ей платить. Нет, дело было не в этом.
Я чувствовал себя героем фильма ужасов. Когда на экран смотреть страшно, а развитие событий увлекает настолько, что ты закрываешь глаза руками и смотришь сквозь просветы между пальцев. Так не страшно. Типа так не страшно. И ты смело следишь за сюжетом. Будто от твоих пальцев или зажмуренных глаз он как-то способен измениться.
Так же у меня обстояли дела с Алиной. Меня томило страстное желание узнать, что же будет дальше. Как далеко она зайдет? Что будет, если я вновь откажусь платить?
Она пришла, когда мои мысли были переполнены ею. Стала у порога, критически меня оглядела и озвучила свои намерения. Я чувствовал, что располнел за этот год, но старался бравировать и даже шутить. Она была ледяной королевой. Как всегда. Назвала сумму и дала сутки. Я разозлился. Ждал ее целый год, представлял нашу встречу. А она пришла, потребовала денег и собиралась поскорее свалить. Нет, дорогуша, так не пойдет…
— Я не буду тебе платить! — выкрикнул я в гневе.
— До завтра.
Она снисходительно улыбнулась и вышла.
Весь следующий день я провел дома. Оставил секретарше короткую фразу: «Шеф болен» — пусть разбирается сама.
К вечеру стала раскалываться голова. Я перезвонил в офис и удостоверился, что никакая посторонняя женщина ко мне не приходила и о моем здоровье не осведомлялась.
«Она знала, что я заболею?» — пульсировало в голове.
К вечеру, когда не спасали ни виски, ни горячее тело супруги, пришло смс от неизвестного абонента: «Жди новостей».
Утром я узнал, что проектант разбился на машине.
Связывать эту аварию с ней?
Я мог предполагать что угодно, но доказательств у меня не было.
После Ивана Васильевича на тот свет отправились еще двое, без которых многострадальная стройка остановилась совсем. Была к этому причастна Алина? Кто его знает. Она пропала. И я в очередной раз надеялся, что навсегда. Мой бизнес процветал, я заключил многообещающий контракт с банком «Капитал» и верил, что один неудачный крымский объект не может повлиять на весь строительный бизнес. У меня отличная репутация и самые лучшие адвокаты…
Но этот год выдался проблемным. Хотелось оставаться бесшабашно смелым и жонглировать суммами, как прежде. Но банк стал закрывать мне доступ к средствам и ужимать сроки по кредитам. Я нервничал и вел бесконечные переговоры…
— Мы стабильные партнеры, вам не о чем беспокоиться, — уговаривал я совет директоров, чувствуя себя мальчишкой.
Очередные заседания не увенчались успехом. Банк не собирался больше меня кредитовать, наоборот, требовал рассчитаться в кратчайшие сроки. Пришлось напрягаться и искать новые пути финансирования. Новый банк, новый кредит. Я стал экономнее в тратах и даже продал одну из своих машин. Настя ничего не заметила. Она не Алина. Та нюхом чуяла, когда у меня что-то не ладилось.
Помню, как я потерял обручальное кольцо и боялся возвращаться домой. Я не хотел расстраивать жену. Знал, что она огорчится. На стройке, где я работал тогда, мужики не носили кольца. А я почему-то носил. Сейчас не могу вспомнить причину. Оно мне жутко мешало и давило в ладонь, когда мы таскали тяжести. Грязнилось мазутом, и я его чистил в конце каждой смены. Но никогда не снимал. Почему?
Не помню. Могу предположить, что был упрям. Или влюблен.
Эти мысли вогнали меня в ступор.
Неужели можно так любить женщину, чтобы идти наперекор своим желаниям или комфорту?
Я исхудал до безобразия. Штаны слетали, а купить ремень денег не было. Наверное, по той же причине слетело и кольцо. Но как я мог об этом сказать Алине? Она расстроится, скажет, что это плохая примета.
Весь вечер я маялся и не находил себе места. Как вернуться домой, как посмотреть в глаза жене? Кто-то из парней, видя мои метания, дал мне свое кольцо. На время. На один вечер. Пока я что-нибудь не придумаю. Я пожимал сухую мужскую руку и понимал, как много этот человек для меня сейчас сделал. Один поступок, а какая значимость!
