Через 19 дней, 14 октября, в битве при Гастингсе, герцог Нормандии Вильгельм Мусекон-порожденный, хорошо знавший сестру Элисив – вторую дочь Ярицлейва Анну, разгромил войско Гарольда, сына Гудвина, и начал прекрасно спланированное и хорошо подготовленное завоевание Альбиона. Эта акция даст ему имена Победитель, Завоеватель, но другое имя – «Побочный» – он будет помнить до конца дней своих. Так называла его Анна Киевская, королева Франции, младшая сестра Элисив.

Завоевание Альбиона откроет новую страницу в истории Европы и Средиземноморья.

Но старшая дочь конунга русов не заинтересовалась этими знаковыми геополитическими событиями.

Слухи о победах Вильгельма сына Роберта Дьявола, ставшего королем Англии, доходили до Элисив. Она относилась к ним равнодушно. Ее не интересовали дела королей, князей, императоров, она жила в доме, построенном еще при Харальде на скалистом берегу моря, иной раз выходила по вечерам под навес, где когда-то англичанин Тости уговаривал ее мужа пойти войной на Англию, и вспоминала его «висы радости»:

Корабль мой объехал Сицилию;Оружие наше блистало;Черный корабль, нагруженный воинами,Рассекал морские волны,Послушный воле наших надежд.Жаждая битв, я думал,Что ничто не может противиться моим желаниям,Но русская деваПренебрегла мной.Я бился с жителями Тренделага,Их было больше нас,Мы выдержали жестокую битву.Я – еще совсем молодой –Оставил на поле битвы труп конунга,Закаленного годами.Но русская деваПренебрегла мной.Однажды нас было шестнадцать на корабле;Буря раздула паруса.Корабль захлебывался под тяжестью волн,И мы одни столкнули их в море.Жаждая битвы, я думал,Что ничто не может противиться моим желаниям,Но русская деваПренебрегла мной.Я изучил восемь упражнений,Битвы для меня нипочем,Ни один конь не выбьет меня из седла,Ловко я умею плавать,Отлично стою на коньках,В метании дротиков, в управлении весломЯ не знаю равных,Но русская деваПренебрегла мной.Нет ни одной вдовы,Ни одной девушки,Которая не знала бы,Что во всех странах югаПервые лучи солнцаВсегда заставали меняНа поле битвы;Храбро рубился я мечом,Есть свидетели моих подвигов.Но русская деваПренебрегла мной.Я рожден в горах, там звучатТетивы луков и шумят стрелы,Корабли мои – ужасы народов,Их кили трещат на скрытых вершинахПодводных скал,Вдали от человеческого жилья.Я избороздил широкимиЛиниями все моря.Но русская деваПренебрегла мной.

Прочитав эту замечательную вису в переводе автора XIX века, можно сделать парадоксальный вывод о том, что всю свою жизнь Харальд бегал наперегонки со своей судьбой да так и не догнал ее, не успокоился до тех пор, пока она терпела его, хоть и пренебрегала им.

Может быть, об этом думала и Элисив (Елизавета, дочь Ярослава Мудрого), смирно доживая свой век в доме на скале у моря.

<p>Анна Ярославна – королева Франции</p>

Хорошо жила-поживала под Харальдом Суровым Элисив-Елизавета, милая душа, скромная, но не слабая, не плаксивая. И конунгу Норвегии с ней было хорошо. Знал он, воинственный и нежный («Висы радости» грубиян не напишет), что дома, на берегу скалы у моря, шумного, как вся его жизнь, ждет его радость великая, жена Элисив. Сильным был «последний морской король», последний «бродяга моря», последний викинг, и сила эта подпитывалась постоянно нежной энергией милой жены. Идиллия, честное слово! Какой царь-король-император не мечтает о подобных подданных?! Элисив – высочайший образец подданного!

А младшая сестра ее, Анна?

Перейти на страницу:

Поиск

Все книги серии Быт и нравы Древней Руси

Нет соединения с сервером, попробуйте зайти чуть позже