Судьба-злодейка вела его по странной траектории жизни: чем ближе он подходил к заветной цели, тем счастье (обыкновенное бабье счастье) отдалялось от всех его женщин, а когда он достиг цели, когда, казалось, настал блаженный для всех женщин мира миг купаться в женском счастье, то им, спутницам Годунова, стало не до женского счастья, которое ускользало все быстрее, заманивая всех разом и каждую в отдельности в пропасть. Невеселая перспектива для любой женщины: оказаться в «воронке» таких людей, как Борис Федорович Годунов. Впрочем, женщинам виднее. Зачастую они добровольно бросаются им в объятия.
Царица Анастасия в 1557 году родила сына Федора. Для трона он был совсем непригодный, тихий, кроткий. «Не наследовав ума царственного, Федор не имел ни сановитой наружности отца, ни мужественной красоты деда и прадеда: был росту малого, дрябл телом, лицом бледен, всегда улыбался, но без живости; двигался медленно, ходил неровным шагом, от слабости в ногах; одним словом, изъявлял в себе преждевременное изнеможение сил естественных и душевных»[23]. Иван IV Грозный в цари его не готовил, да и не стоило время тратить на него, блаженного. Не без укора отец частенько повторял: «Из тебя хороший звонарь вышел бы, а не царь», – еще в детстве посылая слабоумного сына на колокольни. Но был ли Федор Иванович слабоумным – вот вопрос, на который не так-то просто ответить тем, кто оценивает людей с точки зрения их способностей повелевать. В 1551 году 2 августа в Москве умер Василий Блаженный, московский юродивый. В житиях его называли трудолюбивым и богобоязненным. В юношеские годы он случайно обнаружил в себе дар предсказания, покинул мастерскую сапожника, начал подвиг юродства. Никто в Москве от смерда до царя не назвал бы Василия Блаженного слабоумным. Московский юродивый поступал так, как подсказывала ему его душа, разум, способный преодолевать непреодолеваемое – время и предсказывать людям будущее. Своим жизненным подвигом он учил людей «нравственной жизни» и смелым словом указывал царям и простолюдинам на их недостатки. Иван IV Васильевич уважал и побаивался этого могучего человека, после смерти Блаженного нес вместе с боярами его гроб.
Федор Иванович был человеком блаженным, но ему крупно не повезло: он родился в семье царя, деспота не только в стране, но и в семье. Младшему сыну Анастасии нравилось звонить в колокола. Но ему не нравился укоризненный, пренебрежительный голос отца: «Иди потрезвонь!» Как и любая душа блаженная, душа Федора воспринимала звуки, исходящие из глубин колокольных, по-особому. Федор Иванович родился не править страной, но блаженствовать, блаженно слушать музыку молитв и шорох горящих свечей, дергать себе на радость и в успокоение души струны колоколов, говорить негромким голосом все и всем, то есть ту правду, которую во все времена и во всех странах имели право говорить только юродивые.
Это очень грустно: родиться блаженным и стать царем. Это – несправедливо. Это гораздо хуже, чем наоборот: родиться царем и стать юродивым.
А каково женщине, родившейся сестрой Годунова, статной, красивой, неглупой, пойти замуж за слабоумного звонаря, сына Грозного царя?
Как говорят мудрые люди, в жизни всякое бывает, можно и в слабоумного влюбиться, тем более что слабоумие Федора Ивановича было не буйным, а кротким, улыбчивым: малое незлобное дитя. И все-таки верится в любовь Ирины Годуновой с трудом.
В 1580 году в Александровской слободе сыграли сразу две свадьбы по случаю бракосочетания Федора и Ирины и очередной женитьбы Ивана IV – на девице Марии. Н.М. Карамзин называет эти торжества виною и началом «злу долговременному» для страны. Но Ирина! По любви она шла под венец или то был точный ход Годунова Бориса? Да, этот вопрос можно и не задавать, а там – на двойной свадьбе – о нем лучше было и не вспоминать: оторвут башку в момент! Лучше пей за здоровье молодых мед-пиво, придурковато улыбайся и радуйся, что цел пока. Все верно. Иван IV Грозный был царем мудрым, опытным, кадровиком прекрасным. Он бы вмиг высветил дурные мысли в дурных головах. Лучше – улыбаться. Улыбка, даже придурковатая, хорошо скрывает тайные думы.
И все-таки Ирина! Вряд ли она любила. Приказали (то бишь предложили, может быть, в шутку), она и согласилась. И исполнила свой женский долг безупречно: как жена, как сестра Годунова, уже возмечтавшего о большем.
А вот с Грозным не понятно. Уничтожая Рюриковичей, он, женив Федора на Ирине, дал этому роду шанс продлить свое существование на некоторое время. Впрочем, и здесь можно отыскать логику: об этом чуть позже.
В марте 1584 года блаженный сын прибыл вместе с боярами и писцом к больному отцу. Царь еще боролся, не хотел умирать, хотя выглядел утомленным.
Он приказал писать завещание.
