– Препараты, – автоматически поправляет он меня.
– Да, я имею в виду препараты.
– Пожалуй, да.
Он говорит не слишком уверенно.
– Это было бы здорово. А то получается слишком дорого для меня.
– В этом и была проблема?
– Нет-нет. Но я не хочу, чтобы это стало проблемой.
– Понимаю.
Однако он не понимает.
Молчание. Я открываю шкаф около холодильника.
– Ну тогда, – продолжает доктор, – давайте обсудим это во вторник.
– Хорошо, – говорю я, выбирая бутылку мерло.
– Полагаю, это может подождать?
– Да, безусловно.
Я отвинчиваю крышку от бутылки.
– Вы уверены, что хорошо себя чувствуете?
– Абсолютно.
Я достаю из раковины бокал.
– С алкоголем не смешиваете?
– Нет.
Наливаю.
– Хорошо. Ну, тогда до свидания.
– До свидания.
Линия замолкает, и я отпиваю глоток.
Я поднимаюсь наверх. В библиотеке Эда обнаруживаю, что оставленные мной двадцать минут назад бокал и бутылка до краев наполнены солнцем. Я забираю их, несу все в свой кабинет.
Сажусь за письменный стол. И размышляю.
На экране передо мной шахматная доска, фигуры уже расставлены, черные и белые армии готовы к битве. Вот белая королева. Вспоминаю, как я угрожала королеве Джейн. Джейн в белоснежной блузке, пропитанной кровью.
Джейн. Белая королева.
Компьютер чирикает.
Я смотрю в сторону дома Расселов. Никаких признаков жизни.
БабуляЛиззи: Здравствуйте, доктор Анна.
Я вздрагиваю, уставившись на экран.
На чем мы с ней остановились? Когда остановились? Я прокручиваю вверх окно чата. «БабуляЛиззи покинула чат в 16:46» в четверг 4 ноября.
Верно, в тот момент, когда мы с Эдом сообщили Оливии новость. Помню, как колотилось мое сердце.
А шесть часов спустя я набрала 911.
И с того момента… началось путешествие вовне. Ночь в больнице. Беседа с Литлом, с докторшей. Инъекция. Поездка на машине по Гарлему, бьющее в глаза солнце. Толкотня в доме. Панч, свернувшийся у меня на коленях. Норелли, расхаживающая вокруг меня. Алистер, явившийся в мой дом. Итан.
Та женщина, которая пришла с ними.
И Бина, и наши поиски в Интернете, и ее тихое ночное похрапывание. А сегодня: недоверчивый Эд, телефонный звонок «Джейн», квартира Дэвида, его гнев, каркающий голос доктора Филдинга у меня в ушах.
Неужели прошло всего два дня?
ВрачПришел: Здравствуйте! Как поживаете?
Пусть она в четверг резко оборвала общение со мной, но я не буду злопамятной.
БабуляЛиззи: Хорошо, но, самое главное, хочу извиниться за то, что в прошлый раз наш разговор так внезапно закончился.
Отлично.
ВрачПришел: Все в порядке! У нас у всех есть дела!
БабуляЛиззи: Дело не в этом, ПОВЕРЬТЕ. Мой Интернет загнулся! Интернет упокоился с миром!
БабуляЛиззи: Это происходит каждые два месяца, и на этот раз случилось в четверг, а в компании никого не нашлось до выходных.
БабуляЛиззи: О, мне ТАК жаль, трудно вообразить, что вы могли подумать обо мне.
Я подношу бокал к губам, пью. Ставлю на стол и прихлебываю из другого бокала. Я предположила тогда, что Лиззи не захотела слушать мою печальную историю. Я недоверчива.
ВрачПришел: Не извиняйтесь, пожалуйста! Такие вещи случаются!
БабуляЛиззи: Вы меня прощаете?
ВрачПришел: Прощать нечего! Надеюсь, у вас все хорошо.
БабуляЛиззи: Да, хорошо. Ко мне приехали сыновья.
ВрачПришел: Правда? Как вам повезло!
БабуляЛиззи: Чудесно, что они здесь.
ВрачПришел: Как зовут ваших сыновей?
БабуляЛиззи: Боу и Уильям.
ВрачПришел: Отличные имена.
БабуляЛиззи: Отличные ребята. Они всегда оказывали нам огромную поддержку. Особенно когда болел Ричард. Мы правильно их воспитали!
ВрачПришел: Похоже на то!
БабуляЛиззи: Уильям каждый день звонил мне из Флориды. Он всегда говорит важным голосом: «ЭЙ, ТАМ, ПРИВЕТ», и я улыбаюсь. Каждый раз это меня трогает.
Я тоже улыбаюсь.
ВрачПришел: Мои родные всегда начинают разговор так: «Угадай кто».
БабуляЛиззи: О, мне нравится!
