– Она упоминала о погребальных ритуалах, – поспешно сказала Агата, меняя тему. – Ужасно, наверное, в те времена приходилось женам и слугам: все время начеку – не дай бог повелитель заболеет…
Леонард молча кивнул. Агате стало неуютно под его пронизывающим взглядом.
– Да, такие вещи сложно понять и принять, – промолвил он наконец. – Однако подобные практики существуют и по сей день. Например, обряд сати, когда вдова бросается в погребальный костер мужа, объявили противозаконным столетие назад, и все же некоторые индусы до сих пор считают его высшей формой женской преданности.
Последние два слова Вулли произнес с легким нажимом. То ли у нее воображение разыгралось, то ли… Нависло почти осязаемое ощущение угрозы. Что это: наследие нездорового прошлого – или скрытое соперничество между двумя мужчинами?
Макс с Агатой возвращались домой на мулах. Остальные члены команды ушли на ланч, но Агата уверяла, что не особенно голодна, и Макс предложил поехать более живописной дорогой. Из-за холмистой местности животные двигались медленно – к облегчению Агаты, которая находила мулов чуть менее страшными, чем верблюдов.
– Скоро будем пересекать вади, – предупредил Макс, поравнявшись с ней. – Сейчас там мелко – даже ног не замочите.
У подножия песчаного бархана поблескивала узкая лента воды, берега которой были усеяны дикими цветами. Хрупкие красные тюльпаны соседствовали с пурпурными ирисами и белыми пучками растения, похожего на купырь.
– Вон там деревня бедуинов. – Макс пристально смотрел куда-то на запад, в сторону горизонта. Агата смогла различить лишь деревянный частокол, над которым торчали верхушки шатров, цветом не отличавшиеся от окружающего песка. – Мы поедем к ним в гости на следующей неделе. Нас пригласили на праздник.
– Правда? Вот здорово! – Агата заслонила глаза ладонью. – Значит, они не представляют опасности? Кэтрин говорила, у вас проблемы из-за слухов о сказочных находках.
– Мы платим местному племени. У вождя небольшая армия – патрулируют территорию, охраняют нас от бандитов. Кстати, у него очень пышный титул: шейх Муншид Гази. – Макс улыбнулся. – Я бы не прочь в следующей жизни вернуться бедуинским шейхом – у них не меньше десяти жен.
Агата бросила на него оторопелый взгляд.
– Да шучу! Меня привлекает кочевая жизнь: способность сняться с места и отправиться в путешествие, когда захочется. Я бы бродил по пустыне, жил в шатре, вечно искал новые места для исследований… – Он пожал плечами. – Когда мы впервые приехали сюда, то жили в палатках – не очень удобно, учитывая находки. Кстати, вы уже видели комнату древностей?
– Нет пока.
– Наверное, Кэтрин сама хотела вам показать – если только Леонард не запрется в ней на целый вечер.
– Очень… страстный человек, правда? – Агата покосилась на Макса, наблюдая за выражением его лица. Она нарочно не уточнила про страсть к работе.
Макс утер струйку пота, стекавшую по щеке, заслонив при этом глаза.
– Да. Пожалуй, один из самых фанатичных людей, которых я знаю. Работает в любое время дня и ночи. А еще блестяще запоминает факты, даже те, что сам выдумал.
– Э-э… – Агата была сбита с толку.
– Вся эта история про Авраама и Ноя – не следует принимать ее за чистую монету. – Теперь Макс смотрел ей прямо в глаза. – Мы обыскали все сверху донизу в поисках таблички с упоминанием Авраама, но пока ничего не нашли. А тот слой аллювиальной[39] глины – да, указывает на потоп, однако у нас нет никаких доказательств, что речь идет именно о Всемирном потопе из Книги бытия.
– Он говорил так уверенно…
– Это все – часть спектакля. – Макс шумно выдохнул. – Для людей, у которых есть деньги на поддержание экспедиции до тех пор, пока он не найдет подтверждения своей теории… Надеюсь, вы не сочтете меня невежливым за то, что я заостряю на этом внимание – просто считаю своим долгом вас предупредить. Вулли – слаженная команда: умеют очаровывать, но не стоит им поддаваться.
Макс умолк и направил мула к руслу вади. Агата следовала за ним, размышляя о его словах. Неужели он
Они перебрались через вади и направились вверх по склону холма, понукая животных. Странно все же… Макс такой внимательный, спокойный, всегда заботится о нуждах других людей. В этом смысле они с Кэтрин полная противоположность: та, несмотря на весь свой шарм, явно ставит во главу угла собственные интересы.
Так сказала ее мама в день, когда Агата объявила о помолвке с Арчи. «
В этот момент Агата поняла, что Макс оказался в той же ситуации: плененный, ослепленный и беспомощный.
