– Мы же их не бросаем! За ними присмотрят. Бедуинки тысячелетиями ухаживают за детьми в таких условиях, они куда опытнее нас.
Агата задумчиво взглянула на лоскуток муслина с капающим из него молоком.
– Что ж, может, вы и правы. Сперва надо спросить у них…
– Нет времени, – покачала головой Кэтрин. – Сегодня из Багдада приходит только один поезд, и если друг Макса не ошибся, Феликс Нельсон приехал на нем. Значит, у нас осталось меньше двух часов.
Макс открыл дверь, потирая глаза; волосы торчали в разные стороны, словно ершик трубочиста.
– Сам не заметил, как задремал, – пробормотал молодой человек. – Как Нэнси восприняла новости?
– Не очень хорошо. До смерти боится мужа. Говорит, это не тот человек, с которым можно ссориться. Нужно спрятать ее и ребенка. – Агата поспешно изложила план Кэтрин. – Вы не могли бы нас отвезти? А Кэтрин останется разбираться с ним, когда он приедет.
Макс выглядел озадаченным.
– Но у него есть право увидеть своего сына, даже если они больше не живут вместе!
Конечно, она дала обещание молчать, но сейчас крайний случай. Если они хотят, чтобы Макс им помогал, он должен знать правду.
– Джеймс – не его сын.
Произнося эти слова, Агата вновь усомнилась – так ли это?.. Однако Нэнси была не в том состоянии, чтобы ее допрашивать, а встреча с Феликсом и вовсе ее прикончит. Сейчас главное – спрятать молодую маму в безопасном месте, там, где она сможет спокойно восстановиться.
– Не его сын?.. – повторил Макс.
– Я не могла рассказать вам раньше, – вздохнула Агата. – Я обещала Нэнси. Конечно, это звучит ужасно, но тут имеются некоторые… – она замешкалась, подыскивая нужное слово, – …смягчающие обстоятельства. Некогда объяснять. Нэнси боится, что Феликс отнимет у нее Джеймса.
– Зачем ему это, если отец – не он?
– Ему нужен ребенок, рожденный в браке, чтобы унаследовать титул, – а по закону, он и есть отец, они ведь до сих пор женаты.
Макс озадачился еще больше.
– Так… кто же настоящий отец?
– Не знаю, она не сказала.
– А ему известно о ребенке?
– Пока нет.
– Боже милостивый, ну и неразбериха!
– Да, вы правы, и все же мы должны им помочь. – Агата искательно заглянула ему в глаза. – Нельзя позволить Феликсу забрать ребенка.
Макс молчал. Казалось, прошла целая вечность. Агата практически слышала, как его внутренние весы покачиваются туда-сюда. Моральные принципы, вера в Бога… Нэнси совершила измену, но ведь ее малыш – невинная жертва; к тому же против нее свершается больший грех…
– Я подготовлю грузовик, – наконец сказал Макс. – Хотя делаю это не для нее, а для малыша – ему нужна мать. А когда все закончится, обещайте мне одну вещь.
– Какую?
– Поговорите с Нэнси. Заставьте ее написать отцу ребенка всю правду.
– Я не могу ее заставить, – тихо ответила Агата, – но я обещаю, что попытаюсь.
Снаружи трепал за волосы теплый ветер. Макс нес под мышкой ящик с ребенком; Джеймс крепко спал, даже не подозревая о том, какая драма разворачивается вокруг него. Агата с Кэтрин поддерживали Нэнси, которая с момента рождения не выходила дальше ванной комнаты.
– Ой, как слепит! – Нэнси поднесла руку к глазам.
Агата подняла голову к небу. На самом деле было довольно пасмурно, на горизонте клубились багровые тучи, придавая солнечному свету странный сероватый оттенок. Для Нэнси, которая провела неделю взаперти, он вполне мог показаться ослепляющим.
– Мы посадим вас в серединку, – сказала Кэтрин, открывая пассажирскую дверь. – Держитесь за подлокотник, если что, а Джеймс пусть лежит у Агаты на коленях – нельзя оставлять его в ящике, это небезопасно.
– Нам бы поторопиться. – Макс глянул на часы. – Поезд прибывает через десять минут.
Когда все уселись, он повернул ключ в замке. Мотор жалобно заблеял, как больное животное. Макс предпринял еще одну попытку – на этот раз никаких звуков не последовало. Он выпрыгнул из машины и достал из-под капота какую-то штуку.
– Что он делает? – встревоженно спросила Нэнси.
– Заводит двигатель вручную, – пояснила Агата. – Я тоже так часто делаю. Ничего, скоро поедем.
Она высунулась из окна.
– Поддать газу?
– А вы сможете?
Агата передала Джеймса Нэнси и вышла из машины.
В этот момент из дома выбежала Кэтрин с корзинкой провизии.
– Вы знаете, что надо делать? – Выражение ее лица точь-в-точь повторило тревогу Нэнси. – Ах да, конечно, у вас же есть машина…
Агата села на водительское сиденье, дождалась нужного момента и что есть силы нажала на педаль газа. Грузовик дернулся, и мотор наконец заработал.
Нэнси вцепилась ей в руку. Почувствовав движение, малыш недовольно пискнул.
– Не плачь, маленький, сейчас поедем.
Агата протянула руку и погладила Джеймса по щеке. Тот недоуменно нахмурился, но глазки закрыл.
– Браво! – улыбнулся ей Макс. – Слава богу, хоть кто-то знает, что делать!
Он глянул на небо.
– Не нравится мне эта погода… Похоже, намечается песчаная буря. Будем надеяться, что мы успеем добраться до деревни раньше.
В ожидании Феликса Нельсона Кэтрин занялась очисткой от песка шумерского ножа – кропотливая работа, но вполне подходящая, чтобы отвлечься от тяжелых мыслей.
