Женщина во тьме полностью

Жду, что муж начнет кричать, разорвет бумагу в клочки, потащит меня домой. Он же не делает ни того, ни другого. Кажется, вот-вот заплачет. Я вздрагиваю.

– Пожалуйста, не надо! – просит Патрик.

Листок дрожит в его руке.

– Извини, я подумала…

– Я так долго ждал, когда мы наконец сможем здесь поселиться. Я так мечтал, чтобы это свершилось, чтобы дом стал таким, каким я его вижу. Но одному мне не справиться. Особенно если ты по-прежнему будешь тащить сюда всякую мерзость. – Мой листок Патрик кладет в карман. – Сара, прошу тебя, не спеши. Ведь мы договорились подождать. Это было нашим общим решением. Я не хочу потерять сына. Особенно сейчас.

Муж на меня не смотрит. Его взгляд устремлен в сторону площади.

– Помнишь, здесь ты сказала мне, что беременна нашей дочкой?

Помню, конечно, помню. В ярмарочном киоске Патрик выиграл для Джо мягкую игрушку, а я сказала, что стоило постараться и выиграть еще одну.

– Разве не чудесное было время? – говорит Патрик. Он расплывается в улыбке, от страха и огорчения не осталось и следа. – Боже, как я был счастлив.

Все правда. Воспоминания о таких минутах люди берегут в сердце всю жизнь.

– Хорошо, я подожду. Ради тебя и ради нас. Обещаю.

Женщина, которую ты привез в дом-убийцу, стройная и симпатичная. Длинные светлые волосы и бледное личико. Она моложе тебя, улыбчивая, но очень ранимая. Под глазами круги, будто не спала всю ночь. Интересно, твою блондинку тоже мучают сны?

Я наблюдаю, как она бродит из комнаты в комнату: похоже, каждый шаг дается ей с трудом; как выбегает на крыльцо и набирает полные легкие воздуха. Можно подумать, что, находясь внутри, она все время сдерживает дыхание.

Кто-то останавливается, заговаривает с ней. Она улыбается, но я даже с противоположной стороны улицы вижу ее смятение. Эту женщину с беззащитной улыбкой, женщину, полную глупых мечтаний, можно запросто сломать.

Интересно, меня она тоже встретила бы улыбкой? Пригласила бы попить чайку и попросила помочь избавиться от привидений, которые мерещатся ей в доме-убийце?

От моих историй ее улыбочка бы сразу пропала. Она узнала бы, что скрывают обои, отчего в стенах образовались дыры и как они превратились в тайники…

Блондинка ничего о них не знает. Она видит только верхушку айсберга.

– Ты уверен, что можешь тратить на это время? Разве тебе не нужно на работу?

Держа в руках проспект, Патрик открывает следующий шкаф и сравнивает его с картинкой.

– Это сейчас важнее.

У мужа усталый вид, под глазами круги – темные, как его пиджак. На затылке торчит прядь волос, и она, не знаю почему, беспокоит меня даже больше, чем мятая рубашка или новые морщины на лице.

– Но… – Я пытаюсь возразить и умолкаю. Патрик сводит брови. Опять все испортила. – Прости, я думала, ты очень занят на работе. Я помню, ты же говорил.

– Мне дали пару свободных дней, – прикрыв глаза, отвечает Патрик.

Сейчас? Даже на переезд ему удалось взять только один, а дел тогда было куда больше. Ну что ж, я рада. Патрику необходимо передохнуть. Прошлую ночь он плохо спал. Я проснулась – в котором часу, не помню, – муж шептал во сне что-то бессвязное, стонал – просто мороз по коже. Потом вдруг сел. Дыхание прерывистое, тяжелое. Притворилась, что сплю. Не знаю почему, но я не поднялась, не успокоила, как случалось раньше, когда мужа терзали ночные кошмары.

Патрик устремляется к ближайшему продавцу. Иду следом.

– Сара, давай начнем с этой. – Муж смотрит на фотографию, которую он пометил. На ней очень красивый кухонный гарнитур.

Мы сидим в центре выставочного зала магазина «Сделай сам» и ждем, когда продавец, закончив наконец расчеты и замеры, изобразит кухню нашей мечты.

– Ты увидишь, как все будет замечательно, поймешь, каким может стать дом: новая сантехника, электропроводка, бытовые приборы. А потом мы обязательно займемся отделкой. Я обещаю.