— Верю, что ты поняла, как трудно убежать из Ша-Ка-Ра одной. Но я вовсе не думал, что ты пыталась сделать это. — Он усмехнулся. — Похоже, ты не привлекла бы к себе внимания, будь на тебе плащ. Но я все же не мог позволить тебе столь рискованную прогулку.
— Ты что, следил за мной? — с укором спросила Тедра.
Тамирон кивнул. Казалось, его ничуть не смутило подобное признание: он мог вмешаться в ее конфликт с воинами и раньше, но не сделал этого, дождавшись, пока страсти накалятся до опасного предела. Вероятно, он хотел проучить ее таким образом. Однако Тедра не стала набрасываться на Тамирона с упреками.
— Выходит, все произошло из-за какого-то дерьмового плаща? Ну да, конечно, эти плащи разных цветов, а воины как раз говорили о каких-то цветах, которых на мне нет.
Тамирон снова кивнул и, помолчав, объяснил:
— Семейный цвет Лу-Сан-Теров — голубой, а цвет домочадцев шодана — белый. Один из этих цветов или сочетание обоих говорили бы о том, что ты принадлежишь Чаллену. Покинув замок без плаща и без туфель, ты объявила себя заказной женщиной. Тебе что, не дали их вместе с чаури?
Тедра посмотрела на свои босые ноги и скорчила гримасу:
— Неужели ты думаешь, что, если бы мне их дали, я бы их не надела?
Тамирон улыбнулся, покачав головой в знак неодобрения:
— Значит, Чаллен не хотел, чтобы ты выходила из замка без сопровождения. А ты воспротивилась воле шодана, и его необходимо известить…
— Постой! — тревожно воскликнула Тедра.
Да, это уже не маленький проступок, требующий маленького наказания! Если бы Тамирона здесь не было, положение могло осложниться. Но если Чаллен узнает о случившемся, положение ее будет ничуть не лучше.
— А если я поклянусь, что такое больше не повторится? — с надеждой спросила она. — Твоя совесть будет спокойна и мы сможем оставить все между нами?
— А Коган с Булланом придут извиняться перед шоданом за попытку заказать его женщину?
— Я не его женщина! — огрызнулась Тедра.
Тамирон прав, черт возьми! Если Чаллен узнает о случившемся не от нее или Тамирона, будет намного хуже: тогда она будет наказана еще и за сокрытие правды и за подстрекательство к этому его лучшего друга.
— Знаешь, — начала Тедра, решив поделиться с Тамироном своими мыслями, когда они уже входили в задние двери замка. — На какое-то время я забыла, что не слишком люблю ваш мир. Мне надо быть признательной вам всем за то, что вы напомнили мне об этом, и напомнили слишком хорошо. Одна из основных заповедей работника Центра открытия миров — держаться отчужденно и равнодушно на новой планете, чтобы не возникло желания остаться там на совсем: администрации центра не нравится терять своих пилотов.
Последние несколько часов уходящего дня Тедра провела, мучаясь от тревоги, смешанной со злостью. Она злилась на саму себя: к чему так изводиться? Что бы с ней ни сделал Чаллен, ей придется безропотно подчиниться. Покидая замок без сопровождения и без разрешения, Тедра прекрасно знала, что ее накажут, если поймают, и все же сделала это. Если демонстративно пренебрегаешь законами, нечего плакать о последствиях!
Она и не плакала. Она только безумно сожалела о том, что стала жертвой смешных законов сразу же по прибытии на эту дерьмовую планету. Никогда еще никто не запрещал ей ходить, где она хочет, с тех самых пор, как Тедра стала взрослой. Теперь же она принуждена безвылазно сидеть в замке, слоняясь из угла в угол. Понятно, что это часть ее долга проигравшего в поединке. Однако служба Тедры занимает не все ее время, а только несколько часов вечером и утром… может, еще несколько днем, если Чаллену удастся застать ее в спальне в такое время. Сидеть же все оставшееся время, заточенной в замке? Что это, если не самое настоящее тюремное заключение?
Тедра, конечно, не станет держать при себе все свои претензии, но Чаллен все равно ее накажет, потому что он варвар, а у варваров, похоже, нет другого способа решения проблем. Ладно, Тедра уже смирилась с неизбежным, но пусть он хотя бы ознакомит ее с прейскурантом: что за что полагается. Она должна знать, за какую провинность какого наказания ей ждать и к чему готовиться. Наверное, каждая местная женщина четко знает такие вещи, а Тедра вынуждена нервничать, терзаясь и томясь в полной неизвестности.
Стемнело, и Чаллен должен был появиться с минуты на минуту. Тедра предусмотрительно заняла позицию в самой дальней точке от входной двери — на балконе. Здесь у нее была возможность рассмотреть варвара, пока он будет подходить к ней. Если она найдет его слишком грозным, достаточно просто спрыгнуть с балкона и спрятаться где-нибудь до тех пор, пока он не остынет. Что ж, это, наверное, неплохой вариант. Отсюда до земли футов двадцать, не меньше, и если Тедра переломает себе кости, можно даже надеяться, что Чаллен забудет о наказании. Только вот беда: она, похоже, недостаточно умна для такого варианта, зато смелости ей не занимать. Она не прыгнет трусливо с балкона, а храбро встретит опасность лицом к лицу!
