— В такой позе ты будешь кормить меня. И пока ты будешь это делать, мы будем разговаривать.
Двойная пытка — желанием и голодом! Кормить его, когда еще не остыли возбуждающие воспоминания о том, что было вчера вечером, да еще в такой интимной позе! Вдыхать аппетитные запахи пищи и даже трогать ее руками… О, какое изощренное и жестокое наказание! А может, это лишь короткая прелюдия к беседе о том, какая она нехорошая девочка?
— Позволь мне сделать одно маленькое предположение, — сказала Тедра, протягивая руку к тарелке с мясом и мечтая разбить ее о голову Чаллена. — Твой милый дружок Тамирон уже накатил на меня бочку, верно?
— Он оставил свою бочку там, где ей и положено быть. У меня с ним был разговор, если ты об этом спрашиваешь на свой кистранский манер.
— А то, что скажу я, тебя не интересует?
— Твои доводы насчет заслуженности наказания не освободят тебя от него.
— Да? — спросила Тедра, запихивая кусок мяса ему в рот. — А если я скажу, что кто-то принудил меня выйти из замка, приставив нож к моему горлу?
— Это правда?
— Нет. — Еще два куска отправились ему в рот. — Просто мне хочется посмотреть, все ли доводы не имеют значения или только такие, которые ты принимаешь за правду.
Чаллен нахмурился и резко перехватил ее руку с очередным куском мяса.
— Это не тот случай, за который наказывают легко, женщина.
— О, как ты прав! Это как раз тот случай, который заставляет меня волноваться. И готова спорить, что мое волнение уже является частью наказания. Но позволь мне кое-что сказать. — Тедра поставила тарелку варвару на грудь и теперь могла обеими руками непрерывно наполнять его рот то мясом, то овощами, давая себе возможность высказаться до конца. — Ваши законы применимы ко всем вашим женщинам, только я не принадлежу к их числу. Я гость на вашей планете, и меня можно освободить от соблюдения этих законов, тем более что я нахожу их оскорбительными и абсолютно варварскими. Там, откуда я прибыла, женщины могут делать, что захотят, ходить, куда захотят, носить, что захотят, и быть тем, кем они сами хотят быть. С ними не обращаются полдня как с детьми, а полдня как с рабами.
— Ты все сказала?
По голосу Тедра поняла, что ее слова отскочили от варвара, как от стенки.
— Нет, не все. Я не давала обязательств подчиняться всем вашим дерьмовым законам, мой долг — повиноваться только тебе и только в этой комнате. Но я вижу, для тебя это ровным счетом ничего не значит, так же как и все остальное, сказанное мной. Поэтому раскрой-ка свой маленький секрет: сколько всего способов приберегаете вы, большие сильные воины, для наказания нас, бедных беспомощных женщин?
Варвар имел наглость даже усмехнуться над ее иронией.
— Способов так много, что все не перечислить. Женщина узнает их из практики.
— Ах из практики? Это, конечно, шутка, малыш? Если ты думаешь, будто я соглашусь так изводить себя всякий раз, заступив за черту, то ты просто сумасшедший!
— Законы для наших женщин служат им же во благо, и ты будешь подчиняться им ради собственной защиты.
— Даже если могу сама обеспечить себе защиту.
— Ты не сможешь сама противостоять воинам, женщина! Если ты пройдешь мимо них одна, ты будешь заказана. Если ты вызовешь их на бой, ты проиграешь. Здесь женщина не ходит туда, куда ей вздумается, не делает и не носит того, что ей вздумается, и не является тем, кем ей хочется быть. У нас в стране воины не позволяют ей такого. Ты уже убедилась в этом, проиграв в поединке. А сейчас ты повторишь науку в процессе наказания.
— Ах вот как? — Тедра схватила тарелку с его груди и с грохотом поставила ее на стол. Если это не убедило его в том, что она в бешенстве, то яростный огонь ее глаз нельзя было не заметить. Она уперла палец варвару в грудь: — Значит, я должна позволить тебе издеваться надо мной, самоуверенный подонок? Просто лечь, сложить ручки и все стерпеть? Мне было скучно и просто захотелось немного осмотреть ваш город. И это ты называешь преступлением, достойным наказания?
Тедра встала на колени с намерением подняться. Воин положил ей руки на ягодицы, принуждая сесть на место. Затем руки заскользили по ее ногам до колен, прижимая их к его телу. Получалось, что она сидела на нем верхом, плотно обхватив его бока своими бедрами. Дыхание перехватило, и на какой-то момент Тедра забыла причину своей злости. Чаллен быстро напомнил ее:
— Ты покинула дом своего покровителя без сопровождения. Ни одна женщина в Кап-ис-Тра не имеет права на такой поступок. И поэтому ты будешь наказана.
Это было сказано очень спокойно, ни тени сожаления Тедра не смогла уловить в лице воина. Это была простая констатация факта. Чаллен продолжал:
— Кроме того, ты покинула дом, не надев на себя цвета, по которым тебя могли бы распознать. И поэтому ты будешь наказана.
— Я ничего не знала об этом! — резко перебила Тедра.
— Незнание законов не может служить оправданием. Тем более что, если бы ты, как положено, запросила себе сопровождающего, тебе тут же выдали бы необходимые для прогулки плащ и туфли.
— И мне дали бы сопровождение? Тамирон, например, считает, что нет.
