С огромного материка,Не соблюдая должной квоты,Выносит мощная рекаСвои накопленные воды.Так сочетаются ониИ океанское теченье,Что корабельные огниТеряют всякое значенье.Разверзшийся водоворот,Километровая воронка.И — всё!..И даже похоронкаНе постучится у ворот.…Опять в сиянии дневномВолна качается упруго.Ни шлюпки, брошенной вверх дном,И ни спасательного круга,Ни краткого сигнала SOS,Услышанного на мгновенье,Ни вскрика слабого, ни слёз.А лишь само исчезновенье.1981<p>Отец и сын</p>…Не стало у него подруги,У сына — матери родной…Потом я встретил их на юге,На хмурой пристани одной.Отец сидел на парапете,Едва ли видя в этом риск,Так, словно не было на светеНи крупных волн, ни острых брызг.Когда же пену им на плечиШвырял, разбившись, тёмный вал —Ребёнок тотчас ей навстречуЦветастый зонтик раскрывал.Волны решительные взмахи.Почти невидимый в концеКороткий мол…И мальчик, в страхеЗаботящийся об отце.Зияла выбитою брешьюИх жизнь в отчаянном пути.Никто на целом побережьеК ним не решался подойти.1981<p>Старый переулок</p>На воротах барельеф.Зимний холод.То ли кошка, то ли лев —Нос обколот.Вечер. Тени от колонн.Светлый портик.Не сказать, что слишком онДело портит.Дверью грохает подъезд.И, согретый,Выйдет парень, как поест,С сигаретой.Источает свежий снегЗапах йода.Чей-то голос, чей-то смех…Время чьё-то.1981<p>Голос</p>Досуг ли, работа,Один его тешит закон, —Мурлыкает что-то,Поёт в упоении он.Не раз говорили:— Да брось ты своё попурри.Задумайся илиНа лавочку сядь покури.Подобному зудуПрийти уже должен конец…Ответит: — Не буду. —И снова поёт, как юнец.Дорога — большая.Того тенорка забытьё…Смутится: — Мешаю? —И тут же опять за своё.1981<p>Футбольные прозвища</p>В спорте прозвища как в деревнеИ традиции эти древни.Каждый ловко и прочно зван:Слон. Михей. Косопузый. Жбан.Так заходит сосед к соседуДлинным вечером на беседу.Эта явная теплотаМежду близкими принята.Оборачиваясь на кличку,Что с годами вошло в привычку,Усмехаешься: «Молодёжь!..»И опять от ворот идёшь.Потому что взяты ворота…В этом всё-таки было что-то:Гусь. Чепец. Пономарь. Стрелец…А играет-то как, стервец!1981<p>Письмо от Сухова</p>Приречный гром, в девятый раз проухав,За рощами нашёл себе приют.Но пишет мне сегодня Фёдор СуховО том, что соловьи ещё поют.И словно бы душе моей побудка, —Негаданно берущая в полон,Прибавленная Федей незабудкаОтвешивает сдержанный поклон.А он зовёт — туда, где в травах тропка.Он говорит: «Когда ж приедешь ты?А то мне даже чуточку неловко,Что я один средь этой красоты».1981<p>Разжалование сержанта</p>
