Может, и хорошо, что Тэджи мало помнит события минувшей ночи. А вот Чон Сындже знает меру выпитому алкоголю, так что не страдает амнезией. И если бы Джи знала, что он всё видел, то больше никогда бы не показалась на глаза Сындже.
— Я тебя понял, — до него быстро доходит, к чему она клонит, так что тему дальше не развивает. — Никакой выпивки, только самгёпсаль и приятная компания.
— Спасибо, — какое облегчение. — А то мне придётся искать другую работу, — нервно усмехается Джи, уже собираясь открыть дверь и выйти из коридора в павильон.
— Ты выглядишь очень мило, даже когда переборщишь с коктейлями, — произносит Сындже ей вслед, моментально вгоняя в краску.
— Не правда! — обернуться — смерти подобно. И Джи поспешно семенит к выходу из павильона, слыша, как сзади скрипит медленно закрывающаяся дверь.
— Правда! Я всё видел! — успевает выкрикнуть Сындже, пока дверь окончательно не захлопывается.
Ага, мило. Джи бы посмотрела, как бы он заговорил, выверни её на его брюки.
Середина дня, и в автобусе есть свободные места. За окном мелькает новорождённая весна, а в голове Джи проносятся непослушные мысли.
Всё, что случилось за последние сутки, не даёт покоя. Когда Джи была безработной, то жизнь казалась намного спокойнее.
Радует, что про Кан Тэхёне она больше не вспоминает. Теперь лишь поведение Чон Сындже не даёт жить спокойно.
Почему он проявляет такое повышенное внимание? Конечно, не стоит отбрасывать вероятность, что он так со всеми общается. Но по взгляду визажистки в гримёрной не трудно догадаться, что она очень завидует Тэджи. Эта девушка бы точно не отказалась от фруктов и конфет из рук звёздного менеджера. А может, и ещё кое-чего — даже передёргивает.
От Джи ему явно ничего не светит. Так зачем он тратит своё время? Любит трудности? Мазохист? А может, у него просто нет вкуса?
Слишком много вопросов, о которых Джи просто не может не думать.
В присутствии Чон Сындже она чувствует себя неловко. Будто не должна получать такого внимания. Ухаживания и свидания вовсе не для неё. Сердце Мин Тэджи давно принадлежит лишь Ким Джинсо — другим мужчинам не стоит даже пытаться.
Осуждать Сындже просто, а вот принять то, что Джи сама мазохистка — не так легко.
Она выбрала практически лёгкий путь — влюбилась в того, кто не сможет разбить ей сердце. Потому что Джи и так знает, что они никогда не будут вместе. Но пойти на эту жертву, кажется, так просто. Если знать, что и так ничего не светит, то будто есть возможность держать ситуацию под контролем. А пойти на свидание с кем-то, о ком ничего не знаешь — сумасшествие.
Вдруг он ей понравится? Вдруг Тэджи позволит себе влюбиться не в обложку журнала?
Джинсо ведь точно не сможет её уничтожить, а вот невзаимная любовь к реальному парню — да.
— Я дома! — выкрикивает Джи, заходя в квартиру.
— Так рано? — из глубины квартиры доносится голос Шиву. — Тебя что, уже успели уволить?
Джи закатывает глаза, стягивая ботинки и оставляя их в прихожей:
— Поручили поехать и проконтролировать, как продвигается монтаж отснятого материала, — с напускной важностью заявляет она, заходя в гостиную, совмещённую с кухней.
— А смысл сейчас что-то монтировать? Всё равно часть материала ещё не снята, — беззаботно отвечает Шиву, снимая кастрюлю приготовленного рамёна с плиты. — Ещё успеется.
— Знаю я твоё «успеется». Потом опять сутками спать не будешь, — фыркает Джи, швыряя конверт на диван, по пути к своей комнате.
— У меня всё под контролем, — заверяет Шиву, осторожно переставляя кастрюлю на подготовленную подставку для горячего, которую заранее положил на стол. — Один день всего прошёл, не гони лошадей.
— Да мне-то что, делай как знаешь, — хмыкает Джи, скрываясь за поворотом.
— А что в конверте? — спрашивает ей вслед Шиву, но ответа не получает. А его любопытство сильнее чувства голода. Так что он тут же подходит к дивану, забирая с него конверт и с лёгкостью вскрывая крафтовый край: — Да ну, серьёзно, что ли? — удивляется он, заглядывая внутрь. И Джи просто так бросила такую драгоценность?
Тут же забывая о рамёне, Шиву уже спешит в комнату сестры, заходя без стеснения и стука.
— Эй! — Джи оборачивается, сидя за туалетным столиком и закалывая волосы в удобный пучок. — Мы же договаривались без стука не входить.
— А ты обещала не разбрасывать свои вещи в общей комнате, — в своей манере бубнит Шиву, протягивая сестре номер того самого журнала с Джинсо на обложке.
Сбоку в углу — надпись, добавленная чёрным маркером от руки: «
— Это что? — не понимает Джи, поднимая на брата растерянный взгляд. — Откуда?