— Ты в конверт вообще не заглядывала? — ответ на его вопрос Джи лишь отрицательно качает головой. — Кто тебе его дал?
— Менеджер Чон, — произносит нерешительно, будто если сделает что-то не так, то журнал может раствориться в воздухе, точно мираж. — Я думала, там сценарий с корректировками.
— Корректировки вижу, а вот твоей радости почему-то нет, — усмехается Шиву, всё ещё протягивая сестре номер журнала.
Ей как будто нужно было его одобрение, чтобы наконец-то позволить себе принять реальность. Так что Джи выхватывает журнал, в очередной раз перечитывая написанные рукой Джинсо слова:
— Он такой внимательный, — шепчет она, не до конца веря, что её кумир действительно подписал для неё обложку.
— Менеджер Чон? — морщится Шиву. Он всё ещё скептически относится к нему. Всё же, сестру не каждый день коллеги подвозят до дома.
Хотя нет, в последнее время — слишком часто.
— Да причём тут менеджер Чон? — Джи с презрением смотрит на брата исподлобья. — Джинсо сам для меня это написал, вот видишь, — разворачивает журнал обложкой к Шиву, тыча пальцем в автограф. — Он это специально для меня сделал! В нашу первую встречу я испортила точно такой же журнал, а он увидел и запомнил. Он удивительный, — тараторит она, буквально захлёбываясь счастьем. — Как жаль, что я не могу об этом никому рассказать.
— Так, я понял: менеджер Чон увидел, как ты портишь журнал и… — но договорить ему не дают:
— Ничего ты не понял! — перебивает Джи, поднимаясь с места и бережно кладя на туалетный столик журнал. — Всё! — уже не так осторожничает, снова обращаясь к брату: — Иди, ешь свою лапшу!
— Так что там с менеджером Чоном? — не унимается Шиву, даже когда Тэджи уже буквально выталкивает его из своей спальни.
— Да забудь ты про него, — шипит она, продолжая толкать его в спину по направлению к двери.
— Да ты только о нём и твердишь, — смеётся Шиву, оборачиваясь на неё и получая колоссальное удовольствие от издевательств над младшей сестрой. Такая милашка, когда бесится из-за того, что не может совладать со своими чувствами.
Но будет ли Шиву пытаться наставить её на путь истинный? Конечно, нет. Она уже взрослая, так что, пусть сама разбирается со своими ухажёрами. А Шиву проследит, чтобы никто из них не переступил черту дозволенного.
— Приятного аппетита! — выкрикивает ему в лицо Тэджи, демонстративно захлопывая дверь.
За две недели съёмок Тэджи выработала целую стратегию, как свести к минимуму нежелательные контакты с Кан Тэхёном.
Утром она старается приходить раньше, чтобы успеть провести несколько спокойных минут с Минхёком с традиционным кофе. Потом идёт вместе с ним в павильон для съёмок, пока в это время Тэхён делает свои ультраважные писательские дела в их общем кабинете. Но стоит заметить, что он появился на съёмочной площадке, как Джи тут же находит повод уйти в неизвестном направлении.
Пару раз даже доходило до такого, что Тэджи буквально молила Минхёка или Хумина придумать ей работу, не подразумевающую общение с Тэхёном.
Все рабочие вопросы касательно написания сценария теперь оговариваются по электронной почте. А если это что-то не требующее срочности, то Джи просто клеит стикеры с «
Такая стратегия кажется Джи весьма гениальной, а Тэхёну кажется, что он готов прибить коллегу при первой же встрече.
— «
— Ты это у меня спрашиваешь? — он выглядывает из-за монитора и видит, как Тэхён уже выбрасывает скомканную записку в мусорное ведро.
— А тут есть кто-то ещё?
— Мне кажется, что ответ тебе сможет дать только сам автор, — Хёк готов выслушивать нытьё Джи, но не готов соваться в их отношения с Тэхёном.
Он и так приложил руку к тому, что отправил пьяную Джи с ним домой. А теперь происходит всё вот это — Тэджи избегает их встреч, а Тэхён готов волосы на себе рвать, получая очередной розовый стикер.
— Она что, избегает меня? — щурится Тэхён, придвигаясь ближе к столу.
— Да с чего бы? — Минхёк строит из себя невинного, а сам прекрасно знает, что происходит.
Да, господин Кан Тэхён, Вас избегают. При чём достаточно демонстративно.
— Я даже не помню, когда она со мной за соседним столом тут сидела, — поворачивает голову в сторону пустующего места Джи, а Минхёку кажется это весьма странным.
— Соскучился? — приподнимает одну бровь Хёк, спрашивая вовсе без усмешки.