1. Одержимость женщин обувью — прекрасный материал для юмористов. Можно спонсировать целую серию шоу в крупнейших клубах по всей стране. На такие шоу следует пригласить производителей обуви. Столики украсим самыми популярными сюжетами, связанными с обувью, — старушка, которая жила в башмаке, Золушка и ее хрустальная туфелька, Элли и серебряные башмачки, Кэрри из «Секса в большом городе», Имельда Маркос и т. д. Рекламодатели сделают свои декоративные инсталляции, которые также можно расставить на столах или украсить ими зал.
Оптовых закупщиков из крупнейших магазинов мы усадим за передние столы и будем обслуживать их по высшему разряду. Производителей обуви разместим за столами с теми закупщиками, с которыми они более всего хотят наладить контакты. В нарядных бумажных пакетах вручим им: мыло в форме туфли, брелок в форме туфли, рамку для фотографии в форме туфли, полотенце для рук с вышитыми туфлями… в общем, что угодно. Можно сделать цветочные туфли, кексы в форме туфли и превратить такие шоу в главное событие года, касающееся обуви.
2. Устроим промакцию для производителей спортивной обуви и спонсируем триатлон для рекламодателей, оптовых закупщиков из крупнейших магазинов и сотрудников нашего журнала. Победитель при покупке страницы рекламы получает еще одну бесплатно. На одной из них помимо обычного содержания будет написано, кто победил в соревновании.
3. Папка в форме туфли.
Пока список идей распечатывается, за моей спиной вырастает Руфь.
— Что у тебя есть сегодня?
— Рогалик со сливочным сыром, яблоко и чипсы.
— Для номера про обувь!
— Ах да, простите. Я придумала еще три идеи, но только что осознала, что недостаточно подчеркнула направленность на европейский рынок. Пожалуй, стоит кое-что изменить.
— Давай сюда! — Руфь выдергивает листок из принтера и возвращается в свой кабинет, хлопнув дверью.
Дождавшись, пока Руфь скроется из вида, мимо меня проходит Ронда, бросая по пути на стол пакетик «Эм энд эмз». Через пару минут появляется Халли и задает неожиданный вопрос:
— Ты не знаешь, в чем дело?
— О чем ты? Что-то случилось?
— В последнее время Руфь не приходит нас терзать. Что происходит?
— Понятия не имею, почему она оставила вас в покое. Может быть, слишком поглощена ненавистью ко мне?
— Какой ненавистью? Она просто расстроена. У нее не было отпуска много лет, а ты выставляешь ее в плохом свете. Ничего, на твоем месте я не брала бы это в голову. Руфь недолго продержится. Начальство терпеть ее не может. По крайней мере так говорят. А ты слышала что-нибудь?
Ронда проходит обратно и, оказавшись за спиной у Халли, делает мне знак — проводит пальцем по собственному горлу. Это значит, что она собирается перерезать ей горло или что мне надо замолчать. Я замолкаю, закрыв рот рукой. Другого способа не вижу. Халли стоит возле меня еще несколько секунд, ожидая ответа, потом уходит. Пытаюсь припомнить, что я успела сболтнуть. Вроде ничего плохого.
Через несколько минут Ронда снова подходит ко мне:
— Открой свой «Эм энд эмз». Я хочу кое-что тебе показать. И кстати, следи, что говоришь Халли, она не упустит случая ударить тебя в спину. Всегда была на стороне Руфь.
— Ты уверена?
— Разумеется. Я ведь здесь одиннадцать лет работаю!
Одиннадцать лет назад я была школьницей. Одиннадцать лет — долгий срок. Я надрываю пакетик с конфетами и начинаю их есть.
— Не съедай все сразу, оставь на потом.
— А Трай? Он тоже доносчик?
— Нет, просто болван.
— Слава Богу! А Али? Доносчица?
— Она не от мира сего. Порой мне кажется, что в ней два разных человека. Как придет на работу, так всякий раз выглядит немного по-другому. Я долго думала, что она не одна девушка, а две сестры-близняшки.
— Странно.
— По сравнению с чем? Вся наша контора — странное место. Ничего, привыкнешь. А теперь прочитай и постарайся не расстраиваться.
Она кладет передо мной статью, а потом садится на второй стол. Через некоторое время Ронда начинает покачивать ногами, и у меня возникает ощущение, что она весь день здесь просидит, ожидая, пока мне понадобится. Что окончательно доказывает — не судите людей по их аксессуарам. Ронда — прекрасный друг.
Надо сказать, статья не слишком интересная. Когда я дочитываю до половины, Ронда поворачивается ко мне со словами:
— Продолжай читать, только помни: и это тоже пройдет и будет позабыто.
