Женский хор полностью

— Он не отпускает вас гулять? Следит за вами?

— Это было бы ему неинтересно! И вообще это не в его стиле. Да и мама бы ему не позволила.

— Хорошо… Что я могу для вас сделать? — сказала я, чтобы заполнить первую паузу… за полчаса консультации.

— Ну, я пришла просто поговорить. Мои родители только и делают, что говорят, а я и слова не могу вставить, а когда задают мне вопрос, мне приходится отвечать немедленно, даже если мне нечего сказать. Анжела посоветовала прийти к вам. С ней я об этом говорить не могу, она слишком близка с моей мамой, у меня было бы впечатление, что я разговариваю с тетей, понимаете?

— Понимаю…

— Она правильно сделала, что посоветовала прийти к вам, мне стало гораздо легче, это правда, вы очень симпатичная, очень забавная. А еще вы очень красивая и женственная, на вас приятно смотреть! Мне надоело, что девчонки называют меня чопорной дамой, потому что я предпочитаю одеваться прилично, а не абы как, и потому что хожу, высоко подняв голову, а не глядя в пол.

— Хорошо, я была очень рада вас выслушать. Приходите когда хотите…

— О, вы очень скоро меня снова увидите! Я решила установить спираль.

— Правда?

— Да. Тогда, если я однажды решу заняться любовью, с презервативами или без, я буду защищена. Как говорит мой отец, любовь может нагрянуть внезапно.

Она не должна была заметить, что после этой фразы, которая подтвердила мои подозрения, я остолбенела, а она легко вскочила, протянула мне руку, открыла дверь, высунула голову, чтобы удостовериться, что коридор пуст, и походкой знатной дамы исчезла за стеклянной дверью.

Ошеломленная, я вышла из кабинета и встала посреди коридора. Через пятнадцать секунд из-за регистрационной стойки вынырнули головы Алины и Кармы.

Кретины. Идиоты. Болваны. Дураки.

Я сделала вид, будто ничего не произошло, подошла к ним и небрежно сказала:

— Ах, вы здесь? Как у вас дела?

— У меня красивая дочка, правда? — спросила Алина.

— Ах, это твоя дочь? — сказала я, делая вид, что разглядываю список консультаций.

— Да, и моя тоже, — пробормотал Карма.

— Ясно. Значит, вы переспали по меньшей мере один раз. Хорошо.

Они затаили дыхание, потом расхохотались.

— Но я поспешу забыть эту конфиденциальную информацию… Уважение к личному… Объективность целителя, и все такое. Для нее будет лучше, если я забуду.

— Ты злишься, что тебе ничего не сказали.

— Но вы не должны были мне ничего говорить, — сказала я самым холодным тоном, на какой была способна. — Это ваша личная жизнь, а не моя.

— Она говорила о нас гадости? — спросили они одновременно.

— Раз вы ее так хорошо знаете, спросите у нее…

— Но это все же моя дочь! — воскликнула Алина.

— И моя! — добавил Карма.

— Возможно, — с сомнением сказала я, — но я свидетельства о рождении не видела и поэтому не могу быть уверена до конца. Зато я уверена в том, что, если она входит в мой кабинет, чтобы поговорить со мной, значит, она — моя пациентка…

Эти четыре мерзавца (Анжела, Манон, Алина и Карма, все заодно) ввергли меня в невыносимое состояние. Весь день я думала о Daddy, о детстве, фильмах, поездках в Англию, о радостных часах, проведенных в торговом доме «Харродс», куда я всегда с удовольствием возвращалась, о том, как я, закрыв глаза ладошками, ходила в музей Мадам Тюссо, а ему хотелось спуститься в подвал, в Комнату ужасов, об историях, которые он мне читал на ночь. Черт! Черт! Черт!

В полдень я не выдержала и достала мобильный. Он прилетел во Францию накануне. В своем письме он указал номер мобильного. Я сохранила его под клавишей быстрого набора, *2, подумав, что в любом случае звонить не стану, буду ждать, пока он сам позвонит, он достаточно меня мучил, если хочет меня увидеть, то пусть меня заслужит… Но вот я не выдержала, закрыла глаза, набрала номер, я не хотела слышать его голос, поэтому держала телефон далеко, и, когда услышала тихий гудок, предлагавший оставить голосовое сообщение, быстро пробормотала: «Я поклялась, что не буду тебе звонить, но, видишь, я всего лишь девчонка, которая не знает, чего хочет, я знаю только… что мне тебя не хватало, очень сильно не хватало, я хочу тебя увидеть, позвони или приезжай ко мне, сегодня вечером или завтра… или через две недели… мне все равно, но приезжай!» Задыхаясь и покрывшись пунцовой краской, я отключила связь и поспешила в зал ожидания, чтобы утопить свои эмоции в эмоциях следующей пациентки.

Вечер. Ни звонка, ни голосового сообщения, ни письма. Одолеваемая мрачными мыслями, я поехала домой. В машине я орала во все горло, проклиная свою слабость: «Ты и правда думаешь, как мужик!» Черт, да! Я такая же баба, как и все остальные, не смогла удержаться и бросилась звонить своему Daddy сразу после того, как какая-то девчонка рассказала мне о своем папочке.