– Но ты, естественно, отказался, – заметил Василич. – Ты просто не мог поступить иначе, зная, что я жду тебя к столу. У нас сегодня тушенка…
– С макаронами!
– Не угадал – с жареной картошкой. – И Василич самодовольно усмехнулся. – Ну не молодец ли я!
Когда с изысканным блюдом было покончено, «балтиец» положил ногу на ногу, сцепил руки за головой, потянулся и произнес:
– А вот теперь тебе самое время ответить: «ничего» – это как?
Гоша не ждал от друга такого подвоха и огрызнулся:
– Ничего – это и есть ничего! Я даже не знаю, когда в следующий раз мы с ней увидимся. Может, через неделю!
Но «следующий раз» наступил гораздо раньше. Едва на землю опустились сумерки, как обоим что-то срочно понадобилось возле кустов бузины. Они проболтали часа два ни о чем, и оба остались очень довольны таким насыщенным времяпрепровождением.
На другой день произошло то же самое. И как-то исподволь зародилась привычка, про которую говорят, что она – вторая натура. У них все больше и больше находилось поводов побыть вдвоем. Вместе им было легко и нескучно, словно заполнилась некая пустота, что была в их жизни. Но обоих страшила мысль: «А что будет, когда мы расстанемся, да и нужно ли это?» Ответить на такой вопрос – означало решиться круто изменить свою жизнь. Но в их нынешнем существовании все было знакомо и их не подстерегали неожиданности самого разного свойства. Время, когда экстрим будоражит кровь и кажется привлекательным во всех своих проявлениях, уже давно миновало. Теперь хотелось уверенности, незыблемости и постоянства, тоже во всех их проявлениях.
Гоша понимал, что следует что-то решать. Но он боялся сделать ответственный шаг, как и боялся упустить шанс впустить в свою жизнь женщину, которую он, возможно, неосознанно искал все эти годы. Надо было с кем-то посоветоваться, но только не с Василичем, для которого семейная жизнь сложилась на редкость удачно, и ему были невдомек обуревающие многих холостяков тягостные сомнения. «Жена – это вторая твоя половинка, без нее ты вроде бы уже и не ты», – любил повторять он.
Но сколько мужчин на свете могли бы, положа руку на сердце, согласиться с ним? Вот то-то и оно!
Татьяна же не собиралась ни с кем советоваться. Она упорно не замечала вопросительных взглядов мамы и двух ее подружек и все позже поднималась к завтраку, продлевая время, которое проводила в своих заоблачных мечтаниях, где воцарился небритый Гоша. Однажды появившись там, он выжил всех остальных ее кавалеров…
Людмилу трясло от возмущения. Она была уверена, что готова ко всему, но муж-подлец превзошел ее ожидания своими наглостью и беспринципностью. Внутри нее все клокотало, как в преддверии взрыва мощностью в пару килограммов тротила.
У нее с трудом хватило сил досидеть до конца рабочего дня. Хорошо еще, что сегодня пятница и на даче соберутся девчонки, которым можно довериться и излить душу. Не то она разнесла бы в пух и прах кого-нибудь из подчиненных, не имеющего к ее терзаниям ни малейшего отношения, но попавшего под горячую руку. О, она могла это делать с видимым хладнокровием, жестко, внешне оправданно. Да и скажите на милость: разве найдется сотрудник, который не заслуживает головомойки, если хорошенько поискать?..
Правда, сев за руль своего «фольксвагена», Людмила приказала себе немедленно успокоиться. А то, чего доброго, погибнет в автокатастрофе и расчистит таким образом муженьку путь к вожделенному счастью. Не дождется, подлый предатель!
Плетясь еле-еле в веренице машин или стоя в пробках, она на самом деле немного пришла в себя. Однако строить планы на будущее Людмила пока не стала, решив прежде посоветоваться с подругами. В последнее время они очень сблизились и по-настоящему оценили всю прелесть подлинной женской дружбы и взаимопонимания…
Татьяна, радостно улыбаясь, распахнула перед ней ворота. Августа Илларионовна помахала рукой из беседки и сделала нечто грациозное ножкой, а Анна Дмитриевна предложила холодного самодельного квасу.
– Спасибо, то, что нужно, – поблагодарила Людмила и залпом осушила большую кружку.
– Что-то случилось? – спросила Татьяна так, чтобы не всполошить старушек.
– Случилось, – подтвердила подруга и с опаской огляделась по сторонам. – Только об этом после, когда Ирка приедет, чтобы лишний раз не повторять. А пока лучше не терзай меня расспросами. Договорились?
– Конечно, конечно! – закивала Татьяна, проникнувшись ее состоянием…
Ирина появилась, когда на землю уже опустились сумерки, с двумя наволочками, выполненными в технике пэчворк.
– Дома пришлись не ко двору, – с печальным вздохом сообщила она. – Нинка сказала, что кантри не в стиле нашей квартиры. Но не могла же я выбросить такие симпатичные лоскутки, сами посудите!
– Да ты что, красота-то какая! – воскликнула Полина Денисовна и стала прикидывать, куда бы приспособить наволочки…
