К нему присоединились остальные, тогда как Пинок сосредоточенно отпиливал голову Королевы, чтобы предъявить ее вождю — мол, мы выполнили твой приказ. Снаружи услышали шорох и стук, решили, что это пробираются выжившие паразиты и приготовили копья, как человеческая рука с запекшейся кровью прорвалась наружу. Хвата вытянули первым, расширили проход, чтобы протащить голову, расширили проход для того, чтобы пронести трофеи — нужные в изготовлении доспехов части хитина паразитов. Все это погрузили на волокуши, собрали металлический плетень и подпорки, порывшись в снегу, негоже бросать такой ценный материал и отправились в поселок праздновать победу — вот-вот должен был приехать посланник Верховного Вождя.
Хват и остальные получили в этом бою памятные отметины на теле и лице. Собственно почти у всех охотников были или оборванные уши и сломанные носы или куча шрамов на лицах, причем от глубоких, до простых царапин. Сам Хват в этом бою получил две борозды на лоб от когтей паразита, черту, пересекающую левый глаз, нос и уголок рта, который оказался чуть порван и его пришлось зашивать он заимел давно, так что уже несколько периодов парень щеголял улыбкой Джокера. Правда с одной стороны. Мощный подбородок тоже не обошелся без отметин, но там жили совсем маленькие царапины, которые даже за раны никто не считал. Самое главное, что глаза были целы — их предохраняли глубокие впадины и надбровные дуги черепа. В кои-то веки Хват поблагодарил судьбу, что родился не обычным человеком, который быстро загнулся бы в этих кошмарных условиях, а натуральным эскимосом-питекантропом.
Их встретили восторженным ревом, когда наблюдатели заметили караван приближающихся охотников с добычей — хитиновые панцири тащили на себе, металл и лишние копья везли на волокушах также как и несколько крупных кусков горючего камня — чего добром разбрасываться. Вождь вышел встречать охотников и неистово хлопал в ладоши, подпрыгивал и кряхтел. Его статус старейшины поселения не позволял самостоятельно ходить на охоту, но иногда так хотелось тряхнуть стариной. Это в маленьких родах вождь вместе с охотниками добывал пищу, также как и с воинами отражал атаки в случае нападения на поселок. Здесь же народу было много и активность старейшины сводилась к заключению мирных договоров или выгодных сделок, чем бряцанье оружием. Так что, заметив, что такое опасное предприятие закончилось довольно успешно, Обвал первым делом велел разжечь костры и устроить праздник раньше времени, тем более, что повод был — со стороны перевал приближался караван посланника Верховного Вождя. Они пришли чуть раньше и народу там было много — похоже, что сначала посол посетил роды Верховиков и Сгорбленных Рудокопов, а до этого долго бродил по равнине, собирая рекрутов, уже потом решил заглянуть на огонек к Железным Клыкам. Но его охотники прибыли раньше и теперь будет чем похвастать перед посланником.
Хитиновую корону матки паразитов водрузили рядом с черепом мохнача и Обвал провел ладонью по гладкой поверхности.
— Ну вот, — сказал он, любуясь трофеем, — теперь нужно еще голову снежного червя и будет полный набор.
Охотники заулыбались, понимая шутку. Хват прошел в свой угол за занавеску, который располагался недалеко от входа, чтобы одним из первых встать на защиту поселка. У него не было семьи и поэтому он также как и все неженатые парни жил в общей пещере, которая, надо сказать была раза в три-четыре больше той, в которой обитал род Стальной Кирки и постоянно расширялась. Каменотесы знали, где именно долбить, чтобы не обрушить свод, самые опасные места давно уже были укреплены железными балками и каменными подпорками, если металла не хватало, так что о безопасности тут думали в первую очередь и можно было не боятся, что все это великолепие, созданное природой, обрушится тебе на голову. Хват снял с себя доспехи, оставшись только в набедренной повязке из шкур, да в мокасинах. Одежду надо было тщательно выстирать и очистить металл от засохшей крови, а также позаботиться об оружии — отцовском лабрисе и кинжале, который вручила ему мать. Кроме этих памятных изделий он обзавелся неким подобием катаны, для которой сшил кожаные ножны — это было запасное оружие на всякий случай. Заставить кузнеца сделать именно такой клинок было очень сложно, Хват примерно представлял себе технологию изготовления — в интернете на Земле было полно подобного, но вот воплотить это в реальности оказалось очень сложно. После многих проб и ошибок, закалки в воде и в снегу, он получил необходимую прочность и остроту стали, после чего занялся кропотливой заточкой и результат его вполне удовлетворил. Конечно, по сравнению с японским изделием это не выдерживало критики, но было острым и очень надежным, а это самое главное. Кроме этого на поясе всегда висели пара метательных ножей, но это скорее против людей — мохначу или паразиту такая зубочистка все равно что слону дробина, но Хват никогда с ними не расставался. Он даже спал с оружием, впрочем как и все остальные.
