— Этот меч я получил взамен своего цепного на третий год службы. — Вспомнил Хольтц. Он всегда рассказывал эту историю. — Мы тогда здорово схлестнулись с силами Хаоса, культистам удалось призвать сильного демона и он вот-вот должен был обрести невиданную мощь, как Инквизитор, который действовал совместно с нами, заключил временный договор с Видящей эльдаров, достаточно сильным псайкером. Эти ксеносы, конечно, чрезвычайно заносчивы, но что касается сил Хаоса, то они всегда на нашей стороне. Так вот, эльдарка и инквизитор сражались славно и храбро с тем демоном, пока мы прикрывали их спины от нашествий его слуг и мутантов. Тогда я сломал свой меч — он застрял в теле особенно крупного порождения Хаоса, кости и плоть уплотнились в механизме выброса ошметков, цепь заклинило, мотор визжал как резаный, пока не сгорел, а мутанту было хоть бы хны, он даже не заметил, как будто я уколол его зубочисткой. Патроны в болтере закончились давно, лазпистолета при мне тогда еще не было и я понял, что мне каюк. Помирать очень не хотелось, вокруг гибли мои боевые товарищи, натиск мутантов усиливался, как демон был побежден и рухнул на колени. Вся эта братия Хаоса на миг остановилось, но этого было достаточно, чтобы Видящая вынула меч из рук павшего Инквизитора и кинула его мне — я дрался рядом с ними и кольцо постоянно сужалось. Мутант очнулся и рванул на меня, но силовой меч это вам не цепная пила — я порезал его на ремни. Мы сражались с эльдарами бок о бок и победили. Ксеносы ушли — я не мог обратить свое оружие против тех, кто помог нам выстоять и получил строгий выговор в личное дело, думал, что меч у меня отнимут, однако наше подразделение спасла запись пикточерепа и Инквизиция взяла меня на заметку, предложив место в их рядах. Но я не мог бросить своих товарищей и поэтому отказался. Тогда один из Инквизиторов, славная юная женщина, вручила мне этот меч и повелела использовать его только против истинных врагов. Так он стал моим.
— Значит, его вам не сделали? — уточнил Мастер.
— Я не знаю, кто его делал — этот меч превосходит все, которые делаем мы. — Хольтц активировал клинок и посмотрел на сияющее лезвие. — Однако вам я могу сказать, что таких мечей не так уж и много, все пользуются цепными, а ваше оружие с ними легко справиться. И как я и обещал, ваше оружие тоже можно сделать силовым, все зависит от вас самих, будете ли вы усердно учится и кто станет достоин такой чести. Но если вы увидите хаосита, вооруженного подобным мечом, то лучше использовать «Потрошители» и лазпистолеты и убить его на расстоянии.
— Как же так, товарищ офицер? — спросил Хват. — У нас не будет тяжелого вооружения?
— Вы сами как тяжелое вооружение. — Ответил комиссар. — Огринов вооружают «Потрошителями», гранатами и лазпистолетами и точка.
— Я видел крепления под большую пушку на транспортере. — Закинул крючок Хват. — Если бы у нас был такой хотя бы один в отделении, то это решило бы многие задачи в битве.
— Ты чего-то не договариваешь, Хват. — Прищурился комиссар.
— Сражение с врагом, который может убить тебя на дальней дистанции должно проходить по правилам. Мы вооружены оружием ближнего боя, значит, нам надо быть к противнику как можно ближе, так? — новоиспеченный лейтенант зашел издалека. — Но мы не можем подобраться, потому что он уничтожит нас заблаговременно выстрелами из своего, какой бы хорошей не была наша броня. Тогда нам нужно такое же оружие как и у него, чтобы мы могли издалека прижать огнем его солдат, приблизится и занять их позиции, чтобы сойтись в рукопашную.
— В рукопашной вы можете сражаться с орками, тиранидами, культистами, и то не всегда, но вот все остальные, ты прав. — Кивнул комиссар. — Тау уважают плазму во всех ее проявлениях, эльдары любят свои сюрикеновые пистолеты и ружья, некроны вообще используют какую-то там линейную индукцию, которая может поразить тебя хрен знает откуда. — Хольтц задумался. — И что ты предлагаешь, продолжай.
— Это как ходить на охоту на червя. — Произнес Хват аналогию, которая была понятна родичам, но не Хольтцу, ему нужно было разжевать, а рекрутам понять, что лейтенант хотел сказать. — Один спускается вниз в тоннель, играя роль жертвы, а остальные отрезают червю путь назад, чтобы не сбежал. Также и в битве — кто-то владеет боевым молотом лучше остальных, кто-то мечом или топором и глупо было бы вручать молотобойцу саблю. Я к чему все это говорю, по моему мнению в подразделении нужно иметь различное дистанционное оружие, точно такое же как у солдат-людей. Я видел у них такие трубы, из которых они пускали дым, а потом происходил «бах» как от гранаты. Почему у нас таких нет?
