Неожиданно Асад услышал щелчок: Аюб включил передачу на мотоцикле и нажал на газ. Асад инстинктивно ухватился за ручку заднего сиденья и успел запрыгнуть в седло. Мотоцикл покачнулся, и Асад ногой ударился о поребрик. Но Аюб был достаточно опытным мотоциклистом, чтобы выправить движение, и они помчались через квартал. При этом Аюб дважды ударил Асада по голове, каждый раз попадая в висок, а когда он попытался сделать это в третий раз, Асаду удалось обеими руками вцепиться в свободную руку Аюба.
Результат был предсказуемым. От неожиданного толчка Аюб рванул левую ручку, мотоцикл задрожал и завалился набок, Аюб оказался под ним. Асад тут же отпустил его и вылетел на проезжую часть, в то время как неуправляемый мотоцикл ударился о поребрик с другой стороны дороги и остановился.
– Ты с ума сошел? Какого дьявола ты вытворяешь? – закричал Асад, ковыляя к пострадавшему.
Аюб лежал головой на тротуаре. Если не считать кровавых ссадин, казалось, что верхняя часть тела после падения осталась невредимой, но только не его левая нога.
– Ты что, думаешь, я не понял, кто ты такой? – простонал Аюб.
Асад наклонился над ним:
– Хамид планировал теракт, и его раскусили. Надо его предупредить, слышишь? Скажи, как его найти, ты спасешь ему жизнь.
По лицу Аюба прошла тень.
– Я не чувствую ног, – произнес он тихим голосом.
– Я вызову скорую помощь, но сначала скажи, как мне его найти.
Он посмотрел на Асада затуманившимся взглядом.
– Хамид – мой брат, – пробормотал он и умер.
И когда из домов начали выбегать люди, спрашивая, что случилось, Асад лишь закрыл глаза и стал молиться за усопшего и за свою семью, печальная судьба которой казалась ему все более неизбежной.
Затем он положил руку на щеку покойного.
– Бедный простофиля.
Через пару минут появились люди Вебера.
По лестнице стремительно спускалась медсестра.
– Минуточку! – произнесла она и отвела его в сторону, не дав открыть дверь в палату Моны. – Мне надо сказать вам пару слов, перед тем как вы войдете. На всякий случай мы подержим Мону еще день или два. Обещайте, что не будете загружать ее никакими проблемами, у нее были очень тяжелые дни. И хотя сейчас ребенок уже вне опасности, состояние самой Моны пока нестабильное, это вам следует знать. Любые сильные чувства могут иметь нежелательные последствия. И знаете, Мона очень переживает из-за вас и какого-то дела, которым занимается ваш отдел.
Карл кивнул. Он сказал, что сделает все возможное, чтобы беременность протекала нормально. И он счастлив, что с ребенком и Моной все в порядке.
Мона улыбнулась и схватила его за руки, словно в них было ее единственное спасение. Было видно, что ей пришлось несладко, пока он отсутствовал. Кожа выглядела прозрачной, губы побледнели, но в глазах была та сила, благодаря которой ребенка удалось спасти.
Карл осторожно обнял ее и положил руку ей на живот.
– Спасибо, – только и сказал он.
Они сидели молча, держась за руки. Слова были не нужны. Почему столько лет ушло на то, чтобы они нашли друг друга? Сейчас понять этого они не могли.
– Тебе спасибо, – сказала она и сжала его руку. – Медсестра попыталась тебя напугать? – Она не стала дожидаться ответа. – Забудь про нее, Карл. Она пробует меня защитить, но она меня не знает. Нам надо все обсудить. Иначе я не успокоюсь.
Он кивнул.
– Вы успеете? Успеете предотвратить то, что готовится в Берлине? Асад и его семья, что с ними будет? Скажи все как есть.
– Честно?
– Да, ради бога, только честно.
– Меня все это очень беспокоит, Мона. В последние несколько дней мы никому ничего не говорили, потому что толком так и не удалось ничего выяснить. А что касается семьи Асада, то перспективы самые мрачные. То, что должно случиться… Боюсь, мы не сможем им помешать.
– Теракт в Берлине?
– Да.
– Тебе надо вернуться, чтобы помочь Асаду, Карл. Иначе никогда не простишь себе этого. У меня все будет хорошо, я обещаю. А ты должен обещать, что не будешь рисковать. Если с тобой что-то случится, то я… – Она положила руки на свой живот.
Добавлять что-то не было необходимости.
– Обещаю, – сказал он. – Но сейчас я здесь и хочу побыть с тобой.
– Карл, у тебя есть еще одно дело. Благодаря Розе я тоже к нему подключилась. Ты должен помочь мне, и Розе, и Гордону, понимаешь? Жизнь двух женщин зависит от того, сумеете ли вы остановить этого безумного парня. Через десять минут ты отправишься в управление полиции и сделаешь то, что всегда делаешь лучше других, хорошо, Карл?
Он склонил голову набок. Какая фантастическая женщина.
– Что тебе известно, Мона? Есть новости по этому делу?
– Парень сообщил Розе, что убьет двух женщин, потом выйдет на улицу и будет убивать всех подряд. И мы в это верим. Роза уверена, что он близок к своей цели в игре и вот тогда-то все и начнется.
– Ты хочешь сказать, это случится сегодня?
– Во всяком случае, скоро. Может быть, сегодня, может быть, завтра. Я знаю, что Маркус Якобсен в курсе событий и решил привлечь службу безопасности полиции.
– Каким образом?
– Если ты поедешь туда, то имей в виду, что они будут в вашем отделе через полтора часа. Так сказала Роза.
