- Да там его лицо было крупным планом, я толком никого не разглядел, да и спешили мы.
- Ты не внимателен Сергей, когда-нибудь это будет стоить тебе жизни. На заднем плане кроме двух адъютантов и старшего инспектора Крис Бреддок в пол-оборота к нам стоял никто иной как советник Карсон. Эта сволочь как-то выжила, хотя ты был уверен, что он погиб на планете.
Девушка уже давно поднялась с постели и спустив вниз ноги, сидела на против меня. Мои глаза оказались на уровне её груди и я отведя взгляд, поднялся, разминая затекшие ноги. Сделав пару шагов в сторону, я уперся в шкаф, повернувшись обратно наткнулся на девушку, что откинулась назад, опираясь на локти и встряхнув копной густых черных волос уставилась на меня, прожигая взглядом.
- Я не понимаю почему у тебя такая маленькая комнатка? Тут же ступить негде.
- ИИ корабля воплотил в реальность мою комнату, в которой я жила до операции. Мне не зачем тогда было много пространства, да и не было у родителей возможности на большую площадь. Я родилась на пыльном астроиде HY76-J39 в системе Бонали, артель в которой состояли мои родители, выкупила права на добычу тяжелых рудных элементов. Экономя на оборудовании, они пренебрегали защитой, и я родилась уродцем, с поврежденным позвоночником. К четырем годам у меня отказали почки, потом печень, организм умирал. Врачи не давали мне и десяти лет жизни, но я как-то дотянула до совершеннолетия. Моя мама, бросив работу всё свое время посвящала уходу за мной, а отец пропадал на шахтах. Мама читала мне книги, я знала сотни сказочных миров, где жили самые разные герои книг, но сама даже никогда не видела света звезд, так как поселок рабочих находился в вырубленных каменных катакомбах астероида. На моё шестнадцатилетние рядом с астероидом из варп портала выпал эсминец повстанцев. Корабль был не управляем, он протаранил астероид, уничтожив большую часть шахт и поселка. Большая часть рабочих погибли сразу, их просто испарило взрывом. Папа как раз вернулся со смены, мама была подле меня. Нас завалило, и мы думали, что так и умрём на глубине шахт, но через несколько дней нас раскопали роботы имперского крейсера, что как оказалось, гнал повстанцев уже ни одну звездную систему и наконец догнал. Нас доставили на Бонали, мы оказались в имперском военном госпитале. Я видимо тогда доживала свои последние деньки, организм уже был практически мертв, но моя душа и мозг сопротивлялись до последнего. Тогда-то меня и заметил один из пациентов госпиталя. Он оказался привилегированным бойцом имперской гвардии и помог моим родителям оформить все документы. Он дал мне шанс, шанс на новую жизнь, шанс на то, чтобы увидеть звезды не из книжек, а в реальности. Он сказал, что инженеры могут исправить то, что сотворила со мной природа, что они смогут дать мне новое тело, сильное и здоровое. Он предложил мне стать частью чего-то большего, стать воином, сражающимся за Империю. И я согласилась. У меня не было ничего, кроме желания жить, а отец с матерью поддержали меня. Операция была сложной и рискованной, но инженеры и врачи справились. Они пересадили мой мозг в новое тело, созданное по самым передовым технологиям. Теперь я была не просто девушкой с уничтоженного астероида, а киборгом, обладающим невероятной силой и скоростью. Я прошла обучение, научилась владеть оружием и сражаться. Я стала частью команды, которая выискивала по различным мирам семена недовольства Императором и беспощадно уничтожала всех, кто вставал на моём пути. Потом я ушла в глубокую разведку, ну а дальнейшее ты знаешь. Так что эта тесная спаленка, была тем местом, где я боролась за жизнь и мечтала оказаться героиней книг.
Я молчал, переваривая услышанное. Её взгляд не отрывался от меня, словно прожигал дыру в моей душе. В нем читалась не только боль пережитого, но и какая-то стальная решимость, непоколебимая вера в свой путь. Комната вдруг перестала казаться тесной, она стала маленькой крепостью, хранящей в себе историю борьбы за выживание, историю перерождения.
- Я… я не знал, - пробормотал я, чувствуя себя неловко. Что я вообще мог сказать в ответ на такое откровение? Мои приключения, мои потери казались ничтожными в сравнении с тем, что выпало на её долю.
- Мне очень жаль.
Она усмехнулась, оттолкнулась от кровати, поднялась и подошла ближе. Её движения были плавными и грациозными, не выдающими ни капли той боли, о которой она только что рассказала.
- Не стоит, - ответила она, остановившись в шаге от меня.
- Жалость – это последнее, что мне нужно. Я не жалею ни о чем. Я жива. Я сражаюсь. И я сама выбираю свой путь. Эта комната - лишь напоминание о том, откуда я пришла и чего мне стоило то, что я имею сейчас.
Она замолчала, внимательно рассматривая меня. Её ресницы дрогнули, а губы произнесли.
- А теперь у меня есть ты. И я выбираю тебя.
