Итак, минута пятнадцать секунд. Достаем тонкую стамеску, нож и молоток. Подстилаем газету. Раз, два, три. Один кирпич готов, теперь второй. Маленькая передышка в двадцать секунд, остальные пойдут легче… Достаточно, мешок пройдет. Сколько? Ровно семнадцать минут. Отлично, идем по графику. Теперь дверь. Отрываем косяк. Слава строителям, экономящим раствор и гвозди! Два удара по язычку, и замок открыт. Прекрасно. Вставляем бритву. Теперь, когда откроется дверь, не произойдет размыкания цепи и не замигает сигнальная лампочка на пульте. Есть еще шестнадцать с половиной минут. Осторожно открываем. Сейф на месте. После того, как я спрятал ключи нашей кассирши, сколько здесь разных мастеров перебывало, предлагали даже выломать стену, чтобы вытащить этот металлический шкаф из комнаты. Хорошо хоть потом догадались просто вырезать замок. Ох, уж эта наша безалаберность, месяц прошел, а так ничего и не сделали. Какая тяжелая дверка. Боже мой, сколько же здесь их?! Кассирша говорила, что она обычно получает около девятисот с копеечками. Ну, мелочь мы брать не будем, ее легко обнаружить металлоискателем. Итого, на нашу долю остается, миллион без ста тысяч. Ну-ка, переложим его в мешок. Какие красивенькие, крест-накрест запечатанные пачечки, Ой, одного мешка мало. Ничего, возьмем второй. Вот, кажется, и все. Сколько там уже натикало? Ого, надо спешить, а то не уложимся в график. Ничего себе, никогда бы не подумал, что деньги такие тяжелые. Полезайте сюда в дырочку. Никто и не догадается, где вы. Все уже давно забыли про эту замурованную нишу. Ну, вот, теперь мы поставим на место косяк, вытащим бритву, сделаем раствор и вновь замуруем стенку. Цемент и песок я взял у строителей. Как хорошо, что я когда-то не послушался мамочки и поехал в студенческий отряд. Так, теперь заштукатурим, потом возьмем паяльную лампу, просушим поверхность и покроем двумя слоями нитрокраски. Почти две недели я потратил, подбирая нужный колер. Ничего себе, уже шесть, надо спешить. Правда, осталось только убрать мусор и подмести пол. Это должно занять не более двадцати минут. Затем спрячу инструмент, переоденусь и вновь закроюсь в душевой. Через полчаса придут мои коллеги, я выйду из своего убежища и сяду за стол. Ни один глаз у меня не дрогнет, когда начнут допрашивать. Да и чего мне бояться, я весь вечер пробыл дома. Соседи скажут, что у меня до утра играла музыка. Никто не догадается искать деньги в стене коридора, в двух шагах от кассы…
Прекрасно, все прошло как нельзя лучше. Только через сорок минут и двадцать секунд после начала рабочего дня кассирша соблаговолила заметить пропажу денег. Еще через двадцать девять минут приехала милиция и привезла собаку. Думают, что преступники не читают детективов и не могут сбить со следа какую-то безмозглую ищейку. Ха-ха-ха!.. Собака все же привела их и спрятанному инструменту, но, тьфу-тьфу, кажется, никто не обратил на него внимания. Всех вызывали на допрос. Я прикинулся простачком и дал следователю покорчить из себя комиссара Мегрэ. Антонов целый день ходил и ныл, что везде пахнет краской, а у него от этого страшно болит голова. Он мешал всему отделу. Начальница сказала, что я стал работать лучше и, если дело пойдет так дальше, она переведет меня на место Ивановой, уходящей в декрет. Жалкая конторская крыса, готовая ради десятка разноцветных бумажек на все, она не понимает, кому это говорит. Да я мелочи в кассе оставил столько, сколько ей за всю жизнь не заработать. Презираю!
Ночь прошла ничего, правда, несколько раз просыпался от какого-то стука и царапанья. Мне почему-то вспомнился рассказ Эдгара По о том, как один человек вместе с трупом своей жены замуровал кошку. Глупость конечно, у нас на работе никогда не было ни кошек, ни собак, одни только крысы. Даже если я и замуровал в стену какую-нибудь тварь, туда ей и дорога, а то развелось их на заводе несметное количество, бумагу на ночь не оставить на столе.
Опять вызывали на допрос. Все на заводе только и говорят об ограблении. По городу ползет слух, что ночью кто-то, выходя из ресторана, видел приземлившийся на площади американский транспортный самолет с ротой морских пехотинцев и танковым дивизионом на борту. Тупицы, только и знают хлестать водку, а работать никто не хочет. В общем-то, какое мне дело до всего этого, я себя на всю жизнь обеспечил. Перед концом рабочего дня подошел Антонов и сказал, что Сергеева вчера испачкала в зеленый цвет свою новую блузку и очень этим огорчена. Зачем он мне это сообщил?..
