— Но как же это… — Ясуко посмотрела на Исигами.
Он опустил свои узкие глазки и, казалось, равнодушно ждал, пока мать и дочь придут к какому-то решению.
Ясуко вспомнила, что ей говорила Саёко. О том, что учитель математики в неё влюблён. Что он заходит в лавку только в те дни, когда она на работе.
Если бы не это, она бы наверняка усомнилась в психическом здоровье Исигами. Где это видано, чтобы сосед, человек совершенно посторонний, готов был оказывать помощь в таком деле? В случае неудачи ему самому грозит тюрьма.
— Если спрятать труп, всё равно его рано или поздно найдут, — сказала она. И поняла, что этой фразой она бесповоротно решила их судьбу.
— Ещё неизвестно, так ли уж необходимо прятать труп, — сказал Исигами. — В некоторых случаях лучше не прятать. Я должен вас кое о чём расспросить, чтобы определиться, что делать с трупом. Сейчас же ясно только одно: во избежание неприятностей нельзя оставлять его здесь.
— Расспросить? О чём?
— Я должен больше знать об этом человеке, — Исигами повёл взглядом в сторону лежащего на полу трупа. — Адрес, имя, возраст, место работы. Зачем он пришёл сюда? Куда собирался идти после? Есть ли у него семья? Вам придётся рассказать мне всё, что вы знаете.
— Так ведь…
— Но вначале перенесём труп. Вы должны как можно быстрее прибраться в этой комнате. Следов преступления здесь более чем достаточно.
— Перенести? Но куда?
— В мою квартиру, — сказал Исигами так, будто это было само собой разумеющимся, и, взяв под мышками, приподнял труп.
Учитель оказался необыкновенно силён. Ясуко заметила, что на его спортивном костюме была пришита лычка с надписью: «Клуб дзюдо».
Откинув ногой разбросанные по полу книги по математике, Исигами опустил труп на освободившееся место. Глаза у трупа были открыты.
Исигами повернулся к матери и дочери, остановившимся в дверях:
— Девочка пусть займётся уборкой. Надо всё пропылесосить. Как можно тщательнее. А вы, госпожа Ханаока, пожалуйста, останьтесь.
Мертвенно-бледная Мисато кивнула и, бросив взгляд на мать, ушла в свою квартиру.
— Прошу вас, прикройте дверь! — сказал Исигами.
— Ах да, извините.
Прикрыв дверь, Ясуко осталась стоять в прихожей.
— Пожалуйста, проходите. Извините, у меня тут страшный беспорядок.
Исигами взял со стула плоскую подушку и положил на пол возле трупа. Ясуко вошла в комнату, но не стала присаживаться на подушку и, стараясь не смотреть на труп, устроилась в углу. Глядя на неё, Исигами вдруг понял, что она боится мертвеца.
— Ах, простите, — он взял подушку и протянул ей. — Пожалуйста, так вам будет удобнее.
— Не надо, не беспокойтесь, — она, не поднимая глаз, отрицательно покачала головой.
Исигами вновь положил подушку на стул и опустился на пол возле мёртвого тела.
На шее трупа виднелся красно-чёрный шрам.
— Электропровод?
— Что?
— Задушили — с помощью электропровода?
— Да, от обогревателя.
— Тот самый обогреватель, — Исигами вспомнил одеяло обогревателя, под которым был спрятан труп. — С ним тоже нужно что-то сделать. Ладно, я этим после займусь. А кстати, — Исигами вновь посмотрел на труп, — вы договаривались с этим человеком о сегодняшней встрече?
Ясуко покачала головой:
— Нет. Он пришёл неожиданно, днём. После этого мы встретились вечером в семейном ресторане, недалеко от нашей лавки. Затем мы разошлись. Я думала, что с этим покончено, как вдруг он является сюда…
— Семейный ресторан?
«Вряд ли можно надеяться, что не было свидетелей», — подумал Исигами. Он достал из кармана кардигана убитого скомканные десятитысячные купюры. Две штуки.
— А, это я…
— Вы ему дали?
Ясуко кивнула. Он протянул ей деньги, но она не взяла.
Исигами поднялся, достал из кармана висевшего на стене пиджака бумажник. Вынул двадцать тысяч иен и сунул на их место купюры, побывавшие в кармане убитого.
— Возьмите, моими вы, надеюсь, не побрезгуете, — он протянул купюры из своего бумажника.
Немного поколебавшись, она шёпотом поблагодарила и взяла деньги.
— Ну, хорошо, — Исигами вновь начал обыскивать карманы убитого. Достал из кармана брюк бумажник. В нём было совсем немного денег, водительские права, какие-то чеки.
— Синдзи Тогаси, правильно? Живёт в Синдзюку… Он и сейчас там живёт? — спросил он, посмотрев на права.
Ясуко нахмурилась:
— Не знаю. Но думаю, что нет. Он действительно одно время жил в Синдзюку, но я слышала, что его выгнали оттуда за неуплату.
— Водительские права обновлены в прошлом году, получается, он нашёл где-то жильё, не меняя регистрации.
— Скорее всего, кочевал с места на место. Постоянной работы у него не было, так что вряд ли он мог себе позволить снять приличную квартиру.
— Похоже, что так и есть, — Исигами задержал взгляд на одном из чеков.
На нём значилось: «Гостиница Огия». 5880 иен за две ночёвки. Видимо, оплачено вперёд с задатком. Одна ночь — 2800.
Он показал чек Ясуко:
