Жертва подозреваемого X полностью

«Как только мы найдём доказательства, подтверждающие показания Исигами, всё остальное пройдёт быстро. Теперь мы уже будем меньше беспокоить вас и вашу дочь…»

Голос Киситани. Есть посторонние шумы, но слышно вполне отчётливо, даже не верится, что говорят за стеной.

«…А что будет с господином Исигами?»

«Это решит суд. Но поскольку речь идёт об убийстве, даже если ему не вынесут смертный приговор, легко он не отделается, могу вас уверить. Так что вам не о чем беспокоиться, больше он не будет вам досаждать…»

«Какой же он болтун!» — подумал Кусанаги, снимая наушники.

— Надо будет после показать госпоже Ханаоке, — сказал Мамия. — Исигами утверждает, что она была в курсе, но я сильно сомневаюсь.

— Вы хотите сказать, что Ясуко Ханаока ничего не знала о том, что делает Исигами?

— Я слышал весь ваш разговор с Ясуко, — Мамия, усмехнувшись, посмотрел на подслушивающее устройство. — Исигами — классический маньяк. Вбил себе в голову без всяких на то оснований, что Ясуко разделяет его чувства, и устранял всех мужчин, которые оказывались поблизости. Можно только пожалеть её бывшего мужа.

— Ну уж…

— Что с тобой? Что такая кислая рожа? Чем-то недоволен?

— Не в этом дело. Всё это время я старался понять характер Исигами, но его признания настолько расходятся с моими предположениями, что я в полной растерянности.

— У каждого человека несколько личин. А маньяки в большинстве своём люди неординарные.

— Это я понимаю, и всё же… Кроме подслушивающего устройства нашли что-нибудь?

Мамия кивнул:

— Электропровод от обогревателя. Вместе с обогревателем был засунут в комод. Более того, провод в оплётке. Такой же, какой был использован при убийстве. Если экспертиза обнаружит на нём частицы кожи убитого, всё будет ясно.

— Ещё что-нибудь?

— Посмотри на это, — Мамия задвигал мышью компьютера. В резких движениях его руки не было уверенности. Наверное, кто-нибудь только что показал ему, как это делается. — Вот!

На экране показалась страница текста. Кусанаги прочёл:

«Я установил личность человека, с которым ты встречаешься. В доказательство прилагаю сделанные мною снимки.

Я хочу знать, в каких отношениях ты с этим человеком.

Если ты с ним в любовной связи, это подлое предательство!

Ты знаешь, на что я пошёл ради тебя!

У меня есть право приказывать тебе. Немедленно прерви все отношения с ним!

В противном случае весь мой гнев обрушится на него.

Сейчас мне уже ничего не стоит сделать так, чтобы его постигла та же участь, что и Тогаси. У меня есть решимость, есть возможности.

Повторяю, если ты состоишь с ним в физической близости, я не прощу такого предательства. Я буду мстить».

Юкава стоял у окна. Даже со спины было видно, что он чем-то сильно расстроен. Конечно, это можно было объяснить шоком от известия, что его старинный приятель, с которым он встретился после долгих лет разлуки, совершил преступление, но Кусанаги показалось, что причина была в другом.

— Итак, — сказал Юкава глухо, — ты поверил его признаниям.

— Как полицейский, я не вижу причин сомневаться, — ответил Кусанаги. — Мы обнаружили множество свидетельств, подтверждающих его показания. Сегодня я проводил опрос возле телефонной будки, расположенной недалеко от его дома. Исигами заявил, что каждый вечер звонил оттуда Ясуко. Напротив телефонной будки расположен бакалейный магазин. Его хозяин видел человека, похожего на Исигами. В последнее время мало кто пользуется уличными телефонами, поэтому он его запомнил. Утверждает, что часто видел, как он звонил.

Юкава медленно повернулся в сторону Кусанаги.

— Брось это двусмысленное выражение — «как полицейский». Я спрашиваю: веришь ли ты сам? Официальный ход расследования меня не интересует.

Кусанаги вздохнул.

— Если честно, что-то здесь не так. В показаниях противоречий нет. Всё сходится. Но как-то не укладывается в голове. Если по-простому, не могу вообразить, что он это сделал. Я попытался высказать это начальству, но меня не поняли.

— Для полиции главное — что преступник благополучно пойман, на остальное им плевать.