Дэнни взбежал по лестнице. Он спешил покинуть холодный влажный подвал. Дверь привлекла его взгляд. Он вернулся к окну в подвале и озарил его раму фонариком. Взломано снаружи. Он провел лучом по округе. Что-то застряло между фундаментом и сорняками, окружившими дом. Дэнни сунул палец в землю и вытащил предмет. Он озарил светом ладонь. Выцветшая белая обертка от леденца.
Рей?
Он вспомнил свою первую ночь в городе. Он видел кого-то в переулке у закусочной. Рея? Что он делал возле пустого ресторана?
ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ПЕРВАЯ
Мэнди ощущала себя в ловушке, спешила покинуть подвал. Наверху она потерла грудь. Под свитером ее кожа была липкой и влажной. Она едва могла вдохнуть.
Еще пара минут, и она уйдет отсюда. Что еще нужно обыскать? Ее взгляд привлекли ступени, ведущие на второй этаж. Мэнди поднялась одна. Она заглянула в первую комнату. Грязная одежда и использованные тарелки занимали пространство, в воздухе пахло испорченными вещами. Несомненно, это была комната Эвана.
Следующая дверь привела в строгую комнату. Здесь ли жил дядя Натана? Полки и поверхности были пустыми. Полиция забрала почти все личные вещи Аарона. Маленькие рамки лежали стеклом вверх, фотографии забрали. Мэнди подошла к шкафу, выдвинула ящик. Свитера. Она проверила другие ящики. Больше одежды. В ближайшем были штаны и пиджаки. Ничего необычного. Несколько ящиков стояли на полу, крышки были сдвинуты, летняя одежда свисала с краев.
Комната Натана была убранной, но не в строгом порядке. Почти все его личные предметы пропали из аптечки и шкафов. Мэнди прошла к комоду. Она уловила запах его одеколона, тошнота сдавила ее желудок.
Она спала с убийцей. Он врал ей, но она была честной. Мэнди глупо полагала, что они любили друг друга. Она озвучивала свои тайные мысли, и теперь он знал о ней слишком многое. Мог использовать эту информацию, чтобы навредить тем, кого она любила. И он угрожал ей. Натан мог быть чокнутым, но он был умным. Мэнди обвила себя дрожащими руками. Если Натан задумал убить Билла, то он это сделает.
— Что-то есть?
Мэнди вздрогнула.
— Прости. — Дэнни коснулся ее плеча.
— Просто здесь жутко. — Мэнди прижала ладонь к груди. Ее сердце колотилось под рукой.
— Знаю. Расслабься.
Мэнди глубоко вдохнула. Не помогло.
— Нет, я ничего не нашла. Что насчет подвала?
— Похоже, копы забрали все интересное, — Дэнни покачал головой.
Огоньки мерцали перед глазами Мэнди. Ее ноги подкосились.
— Ой, — сильная рука поймала ее за локоть.
— Мне нужно наружу.
— Да. Конечно. — Дэнни повел ее из комнаты, вниз по лестнице и за входную дверь. — Ты в порядке?
Они вышли на улицу, лишь когда Мэнди вдохнула сосновый аромат, ее голова прояснилась.
— Я не знаю, что случилось.
— Напоминало паническую атаку. — Дэнни еще придерживал ее локоть.
— У меня их не бывает, — возразила она.
— Ладно. — но его выражение лица и тон показывали, что он ей не верил.
— Но больше никаких взломов и проникновений.
— Не спорю. Хорошие девушки не годятся для преступлений. — Он что ли боролся с улыбкой? Если бы он знал, почему она была расстроена, вряд ли веселился бы.
— Мне нужно идти. — Мэнди отодвинулась. Ноги не дрожали. Она могла идти.
— Ты точно можешь ехать сама?
— Да.
— Мне нужно кое-куда заехать на обратном пути.
Мэнди рассеянно закрыла дверцу и завела машину. Бодрая музыка группы «Maroon 5» гремела из колонок, но казалась неуместной после визита в дом Натана. Тот подвал был покрыт страданиями, будто плесенью после потопа. Она выключила радио и ехала в гостиницу в тишине.
* * *
Дэнни пополнил бак и поехал по городу. Когда он проезжал клинику, Кэролайн Фицджеральд выходила из своего красного седана. Ее бежевый костюм был в крови. Дэнни остановил машину и выбрался из нее.
— Вам помочь?
— Нет, спасибо. — Напряжение прибавило ее лицу десять лет. Она открыла пассажирскую дверь для хрупкого мужчины шестидесяти лет.
Мужчина покачал головой.
— Нет.
— Прошу, Уолт, — взмолилась она. — После этого мы сразу поедем домой. Обещаю.
Подросток вышел из седана и подошел к ней. Дэнни узнал сутулость и мрачные глаза подростка. Он словно смотрел в зеркало на себя в юности.
— Ладно тебе, пап. Доктору Чендлеру нужно осмотреть твою голову. Ты упал, помнишь?
Дэнни лучше умел скрывать боль в голосе дерзостью. Идеал приходил с опытом.
Старик двигал челюстью. Его глаза были большими и растерянными. Он повернул голову и посмотрел на Дэнни. Упрямство и враждебность задержались за страхом, выражение лица напоминало его сына. Кровь стекала из длинного пореза на лбу, но он не замечал рану.
Дэнни замешкался с ключами в руке. Кэролайн не хотела помощи, но ему не хотелось бросать ее с проблемой.
— Я точно не могу помочь?
Кэролин шагнула к Дэнни и понизила голос:
— Не знаю. Он рассеян. Порой незнакомцы его устраивают. Порой — нет. Его сложно предсказать. Сложно видеть мужа таким. Он был полковником в армии.
