Вот за кем охотился Кипяток! Вот кого ловил в кормовых ярусах. Вот кто отстреливал его бандитов до того, как в происходящее вмешались солдаты! Значит, боевым прикрытием ломщика все же обеспечили…
– Квон Пэн! – выкрикнула подполковник, снова прижимая микрофон к губам. – Я знаю, что ты здесь! Сдайся, и я сделаю все, чтобы твоих людей помиловали! Немедленно прекратите огонь! Вы совершаете государственное преступление…
Ответ лидера Триады оказался еще безумнее, чем стремление перехватить
– Пошла ты, сука, на!.. – Шальной крик Кипятка был настолько визгливым и громким, что без всякого мегафона перекрыл грохот автоматных очередей.
Какое-то время подполковник молча наблюдала за боем, с горечью отмечая, как на тактической карте гаснут биомаяки ее людей, убитых или выведенных из строя. Затем переключилась на внутренние каналы оперативной группы, бросая в эфир негромкий приказ:
– Зачистить уровень, работать на поражение. Группы два и три – начать поиски старшего лейтенанта Ху. Вызвать подкрепление и оцепить корму до двенадцатого яруса. Двух белых взять живыми. Повторяю, щенка с татуировками машиниста и его напарника взять живьем!..
Солдаты, до этого момента по большей части огрызавшиеся в ответ на беспорядочную пальбу бандитов, перешли в настоящую атаку. Бой, разгоревшийся на самом пороге резервных залов для машинистов комбайна, закипел с новой силой.
Существо без имени скользило в тени, с интересом наблюдая за развернувшимся побоищем.
В былые времена существу доставляли удовольствие и такие схватки – полные свистящего свинца, когда строй на строй в тесных переулках Анклавов сходились крохотные профессиональные армии. Несмотря на то что эти дни остались в прошлом, следить за перестрелкой, оставаясь незримым наблюдателем, было жутко увлекательно.
Существо без имени почти перестало быть человеком, сливая свою плоть с полумраком палубных коридоров. Оно больше не идентифицировало себя по имени, не имело ни пола, ни вероисповедания, ни возраста. Словно меняющая шкуру змея, оно ждало нового воплощения, пока оставаясь бесплотным духом. Болотное чудовище, скользящее за спинами сражавшихся, наблюдало за тем, как люди убивают один другого.
Схватка становилась все интересней, и оно было радо, что дождалось самого разгара битвы. Три стороны, беспорядочно рассыпанные по улочкам шестого яруса, заливали полы кровью и усыпали гильзами. А ведь еще десять минут назад казалось, что военные хотят просто арестовать чиновника и его приятеля, зажатых в бочке с единственной круглой дверью. Туда, впрочем, существо лезть не решилось, раздосадованное малочисленностью путей отхода.
Вот оно заметило, как совсем рядом от него двое китайцев с остервенением расстреляли из «дрелей» закованного в боевую защиту рядового НОАК. Броня лопалась под осиным роем пуль, но бандиты продолжали давить на спусковые крючки до тех пор, пока тело под кирасой не превратилось в алую кашу. В воздухе осязаемо витал вирус ожесточения и неистовства, передавшийся бойцам от их буйнопомешанного рыжего вожака.
Показавшаяся из-за поворота тройка автоматчиков в такой же камуфлированной «саранче» мгновенно уничтожила стрелков, отомстив за смерть однополчанина.
Существо улыбнулось, уходя в новую тень. Наблюдать, как солдаты задержались возле убитого, считывая данные с системы жизнеобеспечения костюма, было неинтересно.
Несмотря на примерно равную численность сторон, воины гарнизона оказались куда собраннее и толковее разномастного сброда с татуированными кобрами на щеках. Используя укрытия, они медленно, но очень скоординированно продвигались внутрь склада, зачищая одного противника за другим. Тройки, на которые разбились бойцы в «саранче», почти не разрывались, в подавляющем большинстве случаев имея локальный перевес в огневой мощи.
Однако исключения существовали, в чем существо без имени имело шанс тут же убедиться. Одинокий солдат с открытым шлемом подвернулся прямо под ноги, даже не успев вскинуть автомат. Судя по всему, системы связи его ИБК вышли из строя: тактический экран на забрале был погашен, а сам поднебесник яростно терзал замолчавшую рацию.
Не дав тому опомниться, существо выстрелило в лицо китайца из «дыродельчика», убив наповал и даже не позволив сообразить, кого именно тот обнаружил в темном складском переулке. Перешагнув через убитого, болотное чудовище двинулось дальше, исчезая в густых тенях. Растворившаяся в воздухе гильза потянулась за ним легким дымным хвостом.
Как бы ни складывался бой, наибольшего интереса австралийского нелюдя заслуживали отнюдь не сумасбродные «кобры», бросавшиеся под пули с остервенением берсерков. И не солдаты гарнизона, одерживающие над ними верх. Существо следило за человеком, которого почти не знало.
За сибирским чиновником в рваном спортивном костюме, с разбитым лицом и разряженным пистолетом в руке. За
