— До встречи, — кивнул Тантаэ и быстрым шагом направился к выходу. Быстрым — но не выходящим за границы человеческих возможностей. Пепельный князь считал неприличным демонстрировать свои способности тогда, когда без них можно было бы обойтись… Прежде это было для меня нечто само собой разумеющееся. Но сейчас я поняла, что, возможно, раньше Тай просто не мог пользоваться шакарской силой — не хватало энергии в регенах, приходилось экономить на мелочах. А Ксиль, который всегда был ненормально могуществен, вел себя, как подросток: любил эпатировать окружающих, не задумываясь, демонстрировал способности…
Но оба они, и Тантаэ, и Максимилиан, оставались князьями. Жестокими, хитрыми и довольно беспринципными, думающими в первую очередь о себе, о близких и о благе клана, а не о морали.
…Алхимический огонь в светильнике разгорелся вовсю — можно было даже окна не открывать. Стало заметно теплее. Мой взгляд упал на книгу, которую читал Тантаэ. Она оказалась на аллийском языке. Ну-ка, ну-ка… О, так это же исторические хроники! Да еще Первой войны! Правда, в позднем пересказе, но что это меняет. Посмотрим, как развлекался в молодости папочка Дэриэлла…
Книжка оказалась такой интересной и настолько легко читалась — все больше повествование, где о смысле можно было догадываться по контексту, — что я не заметила, как пролетело время. Опомнилась только в половине второго. Бегом пронеслась по коридорам и лестницам, пугая прохожих выпученными глазами, пару раз задела каких-то бедняг — к счастью, без фатальных последствий, вроде падения на весьма жесткий каменный пол. И напоследок — чуть не врезалась в Рэма, только начавшего подниматься к нашим комнатам.
— Прости, задержалась, — задыхаясь, извинилась я. Щеки пылали, волосы разлохматились — хоть сейчас переплетай косичку. — Кстати, хорошо выглядишь.
— А вот ты — не очень, — честно ответил Рэм, расстегивая верхнюю пуговицу на рубашке. — Знаешь, у меня одно время собака была, с синим языком. Так вот, она так же страшно дышала. И язык тоже на бок вываливала… Детка, ты что, кросс бежала?
— Вроде того, — откашливаться после бега и хихикать было совершенно невозможно, и организм выбрал кашель. Вот бездна, надо легкие развивать… Заняться, что ли, физкультурой? Вон, Джайян меня давно тянет на занятия по единоборствам. Физическая форма — это не магия, ее не подтянешь, сидя на стуле. — Тантаэ согласился. Он сказал, что подойдет к началу заседания. Может, опоздает немного, но точно будет, так что не волнуйся. Кстати, где костюмчик раздобыл? У тебя таких вроде не было.
— Были, — Рэм с гордостью одернул синий пиджак — немного странной, удлиненной модели. Я думала, что невысоким людям такие не идут, но на Мэйсоне пиджак смотрелся изумительно. Рубашка выглядела не просто дорого, а
Но что меня поразило больше всего — Мэйсон был чисто выбрит. Щеки и подбородок у него были гладкими, как у шакаи-ар, отчего Рэм сразу помолодел лет на десять и теперь вполне мог бы сойти не за некроманта, прошедшего через рейды и преподавание у старших курсов, а за амбициозного аспиранта.
— А ты не перестарался? — поинтересовалась я иронично, стараясь скрыть восхищения. Даже глаза у Рэма стали ярче — не просто карие, а с каким-то шоколадным оттенком… Сладкие такие. — Увидят тебя и сразу решат, что ты заядлый ловелас.
Рэм только усмехнулся и немного неловко пригладил волосы.
— А я и есть ловелас. Причем со стажем. На меня постоянно студентки вешаются, да и в рейдах от напарниц спасу не было… Да и когда учился — тоже без внимания не оставался, — он подмигнул мне. Я, закаленная непрекращающимся флиртом Максимилиана и пронзительными взглядами Дэриэлла, в ответ чопорно надула губки:
— Как не стыдно. При живой-то невесте.
— Эта живая невеста меня скоро в гроб загонит, — резко посерьезнел Рэм. — Идем. Зал для заседаний довольно далеко. Как бы не опоздать.
Не опоздали, конечно. Даже заранее пришли. Люси, разумеется, уже была на месте и сидела за трибуной обвинения рядом с наблюдателем от Правовой лиги. Главы факультетов и ректор устроились за длинным столом, покрытым жестким сукном мрачноватого багрового цвета. На стенах висели полотнища в тон с гербом Академии. На этом фоне Люси, принарядившаяся в голубое вязаное платье, выглядела невинно и трогательно, как пушистый котенок.
К слову, она тоже не пренебрегла психической атакой и привела себя в порядок. Подкрасила волосы, уложила их так, чтобы не бросалась в глаза отросшая стрижка… На вороте платья переливалась скромная брошь с жемчужиной. Просто дивное видение, а не земная девушка. Только вот глаза у этого видения красные и заплаканные.
