— Тише, тише, — Ксиль сидел рядом, мягко удерживая меня за плечи. Ладони его были сильные, осторожные и очень по-человечески теплые, и это успокаивало, замедляло бешеное биение сердца, расслабляло судорожно сведенные мышцы…
Во сне меня мучил сухой жар, как в печи, но на самом деле оказалось, что я промокла насквозь и теперь тряслась от холода, хотя камин пылал вовсю.
— Ты почти сутки не просыпалась, — Максимилиан бережно, почти робко отвел с моего лица спутанную влажную прядь. Я невольно потянулась вслед за пальцами, стремясь продлить мимолетное прикосновение. — Та психотропная гадость, усталость, стресс после применения силы рядом с «бездной» и полчаса на каменном полу…
— Вполне в своем репертуаре, — задушенно хохотнула я и закашлялась. Если судить по ощущениям, у меня только недавно спала температура. Неужели я схлопотала какую-то серьезную легочную болячку? Уже лет семь такого не было, с мамиными зельями дальше насморка ни одна зимняя хворь не заходила.
Максимилиан недовольно поджал губы и осторожно надавил мне на плечи, заставляя лечь обратно на подушку. Я с неохотой поддалась.
Подушка тоже была влажная от пота. Мерзость какая. Бездна, как же я ненавижу болеть!
— Если бы мои способности были в норме, то и никакая простуда бы далеко не зашла, — вздохнул где-то в полутемной глубине комнаты Дэриэлл, звеня стаканами. — Да и будь это
Я мрачно зыркнула на князя, предупреждая порывы меня остановить, и предприняла повторную попытку принять вертикальное положение. Валяться под влажным одеялом было как минимум неприятно. А как максимум… Со здешними сквозняками можно было запросто схлопотать какое-нибудь хитрое осложнение.
— Найта, тебе еще нельзя вставать, только-только лихорадить перестало, — ладонь Ксиля вновь коснулась моего лба почти ласкающим движением. — Ох, и заставила же ты нас понервничать, — пробормотал он так тихо, что это могло сойти за мысленную речь.
Я упрямо отвела его руку в сторону, хотя больше всего на свете мне хотелось прижаться к ней щекой, ощущая шелковистую теплоту кожи. Максимилиан состроил строгую физиономию… Но в объемном темно-коричневом свитере явно с Дэйрова плеча и широких джинсах он был как никогда похож на подростка, поэтому суровая «княжеская» гримаса выглядела по меньшей мере неубедительно.
— О, раз улыбаешься, значит, идешь на поправку, — оптимистично заявил Дэриэлл, выступая из-за спины Ксиля. — Но все же, Нэй, князь прав. Вставать тебе еще рановато, а вот переодеться в сухое и переползти на другую сторону кровати — хорошая идея, — он осторожно сложил на одеяло стопку одежды — чистую футболку, белье, шорты. — Сейчас выпьешь «перечную» микстуру, часа три полежишь спокойно — и будешь как новенькая.
Я поежилась. Эта самая микстура на вкус была как шоколад с чили. Сладкая и острая.
Честное слово, иногда я завидовала людям с их антибиотиками. Выпил таблеточку без вкуса и запаха — и свободен.
Впрочем, человеческие лекарства обычно являлись ядами и действовали на возбудителя болезни. А аллийские — своеобразными стимуляторами и влияли на сам организм, мобилизуя внутренние резервы. Глоток той же «перечной» микстуры творил чудеса, перенаправляя энергетические потоки на самоисцеление. И тело попросту отторгало «посторонних», будь то бактерии или вирусы.
Правда, побочным эффектом микстуры была слабость и рассеивание внимания на ближайшие сутки. Ну, да я не воевать собиралась… В Академии можно позволить себе быть уязвимой.
— А душ как же? — я потянулась за футболкой. Надевать свежие вещи на грязное тело не хотелось совершенно.
— Вот через три часа в душ и сходишь, — с готовностью откликнулся аллиец, убирая за ухо золотистую прядь волос.
Мне было очень приятно видеть уверенное спокойствие Дэйра — профессиональное, можно сказать. «Все хорошо, — говорили его улыбающиеся глаза. — Приболела немножко, но волноваться не о чем».
Я верила и не волновалась.
— Ну, Дэйри… хочу в душ.
— Ничего, Нэй, потерпи. Ксиль, выйдем, пусть девочка переоденется.
Как ни странно, князь послушался без возражений и даже без издевок. Просто тихо вышел вслед за Дэйром, лишь на пороге обернулся и заметил:
— У тебя пять минут, Найта. Ты не думай, что я такой изверг, просто в других комнатах — натуральный ледниковый период, Силле мерзнет, — и прикрыл за собой дверь.
