Ранника скривилась, и резко прижалась ко мне всем телом. Я сразу понял в чем дело, принявшись вливать в нее потоки живительной регенерации. Третья медуза напала на нас каким-то неведомым навыком — резко ускорившись и падая на баффера. Первой летающей гадине такое стоило жизни, но у чародейки копья не было.
Увидев врага перед собой, я выпалил новый заряд паровых плетей и это сработало. Горячая температура не пришлась по душе чудовищу — медуза задёргалась и попыталась удрать. Явно неровно дышащие к магической энергии твари сильно ослабли после снижения мудрости и ума. Тело первой поверженной медузы противно соскользнуло с копья на скалы и начало стекать в воду аморфной жижей. В этот момент третья, сильно просевшая по здоровью из-за горячего пара, решила сбежать, как другая её выжившая товарка, но подставив нам спину, она открылась. Теперь я мог не опасаться задеть девушек, и скастовал в спину летающей бестии паровой шар.
Тварь заметалась, сначала резко подавшись вверх, а затем, растеряв остаток сил, мёртвым грузом устремилась в воду, пробивая начавший собираться тоненький лёд.
Получен новый уровень. Текущий уровень — 24.
На голых камнях отчетливо виднелись следы крови и валялось сразу четыре туши небесных медузы. Судя по всему, твари напали на наших друзей чуть раньше, чем на нас. Должно быть, поэтому никто и не спешил нам на помощь.
Но почему после боя они не стали нас дожидаться и не пошли на встречу?
Я осторожно взглянул вниз и облегченно выдохнул — тела полупрозрачных медуз, прекративших мигать молниями на щупальцах, с такой высоты заметить невозможно. Однако тело павшего товарища я углядел бы наверняка, а значит, потерь у друзей не было.
Мы Ранникой и Альфи занервничали ещё сильней, но к счастью, друзья оказались за следующим витком ледяного каньона. Уставшие, изможденные и заляпанные кровью, они медленно но упрямо брели вперёд. Догнать их оказалось не сложно, особенно когда нас заметила Мероу и принялась что-то говорить Мархи, тыча пальцем в нашу сторону. Вереница путников остановилась, а мы ещё немного ускорились, чтобы поскорее воссоединиться с продрогшими товарищами, нуждавшимися в моём исцелении и баффах Ранники.
Девушки тут же принялись делиться друг с другом новостями, а я усилил ауру, чтобы снять обморожение и залечить раны.
На них налетели сразу шестеро медуз. В отличии от наших осторожных тычков по ним на дистанции. Враг напал всем скопом, лишив защитных чар, примерно в то же время, когда медуза поглотила силу Ранники. Потому исчезновение её обкаста никого не удивило — его списали на работу летающих тварей.
По началу от них попытались уйти, от чего их группа отошла от нас слишком далеко, чтобы наши крики достигли их ушей сквозь вьюгу. А дальше сражение проходило примерно так же, как и у нас — к полному поражению пожирателей маны. Руте повезло повысить ауру до следующего уровня, и медузы стали получать урон просто находясь с ней рядом. Теперь вокруг неё летал ореол знакомых огненных снежинок, которыми та хвасталась ещё в городе.
Воспользовавшись возникшей слабостью монстров, все кто мог атаковали дистанционными навыками и оружием, и остаток медуз предпочли сбежать прочь.
Больше мы не разделялись. Путь стал чуть шире, а мы в свою очередь, наплевали на опасность случайно столкнуть друг друга и решили идти едва ли не в обнимку. Эта тактика сработала, и медузы перестали пытаться на нас напасть, однако до самого конца пути по Поверхности они преследовали нас и периодически пытались подобраться поближе, получая огнём от Руты. Её магия оказалась для медуз смертельной — каждая огненная стрела сносила от трети до полвины запаса здоровья, а второй попытки раненая особь уже не предпринимала, оставляя такую возможность для более рисковых собратьев.
Всего путь, который должен был занять около часа, занял почти целый цикл. В его конце заклятия с аурами уже почти перестали справляться. Тропа стала ещё шире, и теперь мы шли обнявшись и пытаясь сохранить последние остатки тепла. Одновременно старались поддерживать сразу все имеющиеся заклятия, что хоть как-то помогали согреться. Если бы на нас снова обрушились небесные монстры, боюсь, в такой температуре шансы выжить после снятия магии были бы равны нулю.
Говорить мы тоже перестали. Даже мысли, казалось, замерзали, и мир сузился до механического шага окоченевших ног. Ранка применила какую-то способность, давшую ей понять, что на улице сейчас где-то около минус восьмидесяти по Цельсию. Плавно переходящие к минус ста…
Темнеющий провал входа в Подземье казался миражом, но каждый периодически бросал на него полный надежды взгляд. Спутанные мысли начинали походить на бред и в какой-то момент я словил себя на том, что вижу у входа в тёмный провал Ласку. Вырывавшийся изо рта и носа пар становился слабее, будто вместе снами рядом шла сама Смерть, но образ пустотницы заставлял через волю продолжать передвигать ноги.
