– Пути, перрон, семафоры, стрелки всякие, пакгауз… Есть и состав, и отдельные товарные вагоны. Может, не только товарные. Скорее всего, сохранилось здание небольшого вокзальчика. Детальных сведений не имею. Этот объект расположен практически точно к востоку от Переделкино, гораздо ближе к нам, смекаете? Со стороны городка подъезд к объекту практически невозможен, так как их разделяет длинная каменная гряда, кряж с почти отвесной гранитной стеной. По сведениям источника, группа в составе трех человек попыталась на свой страх и риск разведать это направление. При возвращении два участника группы сорвались со стены и погибли, третий, он и есть наш информатор, уцелел после падения, но остался инвалидом. Имеется невысокое плато, которое по сути представляет собой отрог скального кряжа. То есть с нашей стороны сворачивать на восток нужно в промежутке между двадцатым и тридцатым километром, если считать от Пятисотки. Характер рельефа по пути следования неизвестен, предполагается, что непроходимых участков нет, ведь кто-то же там побывал…
Владимир Викторович задумчиво потёр подбородок.
– Я, с вашего позволения, подведу промежуточный итог: есть два важных объекта, один из которых труднодоступен для нас, а другой – для Переделкино. Так что мы с Волковым заключили хорошую сделку.
В этом месте повествования мы уже собрались было капитально возбуждаться и радоваться, и тут выяснилось, что Дед ещё не всё сказал.
– Не надо забывать о весьма возможных осложнениях, – предупредил он, выливая на нас если не ушат, то кувшин холодной воды. – Есть обоснованные предположения, что слив ценной информации мог произойти в два болота сразу… Опасаюсь, что немцы готовы послать туда и свои разведывательные группы. Прежде всего, на новый объект Волкова, что вполне естественно, так как он ближе к ним и находится в сером, спорном секторе. Но и вам нужно быть готовыми к такому визиту. Мы не знаем, есть ли проходы с юга к этому разъезду, который после сделки с Волковым Пятисотка имеем право считаем своим. А теперь смотрите сюда.
– Нас подслушивают, – предупредил Спика, показывая в сторону окна, где со стороны двора сидел и тёрся башкой о стекло рыжий кот Прошка. – Не успокоится.
– Пустите уже… – распорядился Дед, поднимая трубку полевого телефона.
– Дежурный! Пришлите помдежа с арбалетом, пусть встанет у дверей. Работать спокойно не дают.
Кота впустили. Тот, на полусогнутых пробежав по помещению, ловко прыгнул на спинку начальственного кресла и свесил пушистый хвост. Владимир Викторович погладил зверя, вытащил из стола сложенный лист формата А3 и бережно расстелил его на столе.
Следующие полчаса мы всей компанией разглядывали примитивно нарисованную карту местности, прикидывали возможные препятствия, подходы, обходы и расстояния. Дело пошло, какая красота! Приключенческий роман! Пунктирные линии, пеленги, ориентиры, крестики в ключевых точках пути, подписанные корявым почерком, художник-оформитель из Казанникова тот ещё.
Кретова наконец-то разлила по притащенным чашкам чай. Тут уж я достал свой блокнот и принялся вываливать коллективно выстраданные соображения по организации абстрактного «немецкого рейда», попутно с помощью товарищей внося необходимые поправки. Материальное обеспечение на неделю, оружие и боеприпасы, средства связи и провиант, включая питьевую воду, чёрт знает, будет она там или нет.
– Складно излагаешь, складно, – похваливал меня Дед. А потом огорошил: – Только учтите сразу, товарищи спасатели, два гравилёта я вам не дам, даже не мечтайте. Только один. И внедорожник.
– Что-то я не пойму, а как мы… – начал было возмущаться Спика, но я подал ему знак молчать и отреагировал первым:
– Владимир Викторович, как так, а если «уазик» не пройдёт? Сами же говорите, что путь не разведан.
– Ничего не хочу знать! – отрезал главный. – Тогда цепляйте автомобиль к глайдеру. Кто тут специалист? Вы представляете, что будет, если баррель с выжившими пассажирами опустится в месте, куда автомобиль не сможет подъехать быстро или не подъедет вообще? Кто за это будет отвечать? Мустафе расскажите.
Я опустил глаза. Нечего ответить, выжившие в баррелях – абсолютный приоритет для всей Пятисотки. Представил себя на месте Мустафы. Проклятье, да в такой ситуации даже изначально «мёртвый» баррель будет представляться «живым», который не сберегли из-за отсутствия подходящего транспорта!
На какое-то в кабинете время стало тихо. Только жужжание мух.
– В конце концов, мы можем оставить джип там, где он начнёт застревать. И челночно перевозить к нему ништяки глайдером, верно ведь, мальчики? – повернулась к нам Кретова. – Владимир Викторович, не волнуйтесь, мы справимся.
