— Да. В большинстве случаев слова Джиллиан расходились со свидетельствами очевидцев, а иногда ее заявления были совершенно невероятны. Например, она категорически отрицала, что украла вещи из магазина, хотя, когда ее поймали, она как раз держала их в руках. Она наносила себе увечья, резала руки, но отрицала это, когда ее осматривал врач. В другой раз она возвела напраслину на соседскую девочку и от той все отвернулись, а потом стала отрицать, что она распускала эти сплетни, хотя многочисленные свидетели указывали именно на нее.
— Почему ребенок так поступает, доктор? — поинтересовался Джордан.
— В случае с мисс Дункан ясно: она просто хотела обратить на себя внимание. После смерти матери все стали жалеть Джиллиан, уделять ей повышенное внимание, и она вообразила, что лучший способ удержать это внимание на себе — постоянно попадать в какие-то неприятности.
— Доктор, как по-вашему, что происходит с ребенком, которому поставлен диагноз «патологический лгун», когда он вырастает?
— Протестую, Ваша честь! — вмешался Мэтт. — Мнение специалиста о детях вообще не имеет никакого отношения к тому, что произошло с Джиллиан Дункан.
— Протест отклонен! — отрезала судья.
— В психиатрии это называется «правило большого пальца», — ответила доктор Дюбоннэ. — Мальчики-лгуны характеризуются нарушением поведения и становятся социопатами, тогда как девочки страдают расстройством личности и начинают манипулировать людьми.
— Благодарю вас, доктор, — сказал Джордан. — У защиты больше нет вопросов.
Мэтт тут же поднялся с места.
— Доктор, вы когда-нибудь беседовали с Джиллиан Дункан?
— Нет.
— Единственное, из чего вы исходите, — это история болезни, имевшая место почти десять лет назад, то есть половина прожитой Джиллиан жизни?
— Да.
— Ваше «правило большого пальца»… Вы можете с уверенностью сказать, что все мальчики и девочки следуют этой дорогой? Или же делаете широкое допущение о наиболее частых случаях?
— Вы правы.
— И вам достоверно неизвестно, произошло ли подобное с Джиллиан, я не ошибаюсь?
— Нет.
— Правда ли, что в девятилетнем возрасте Джиллиан потеряла мать?
— Насколько я поняла.
— Именно по этой причине она и обратилась к психиатру, верно? А не потому, что была неисправимой лгуньей?
— Да.
— Вы сказали, что одной из причин, почему вы решили, что Джиллиан патологическая лгунья, был случай, когда она, будучи еще ребенком, принялась распускать слухи о какой-то девочке, а потом все отрицала, так?
— Наряду с остальными примерами.
Мэтт улыбнулся.
— Прошу прощения, доктор, но когда я был ребенком, мы просто называли подобное поведение девчоночьим.
— Протестую!
— Перефразирую, — ответил Мэтт. — Разве остальные девочки так не поступают? Мальчишки дерутся, девчонки сплетничают.
— Протестую! — снова воскликнул Джордан. — Хотелось бы узнать, когда мистер Гулиган получил степень по клинической психологии.
— Вопрос снят. Доктор, вы также упомянули кражу в магазине, которую мисс Дункан отрицала.
— Верно.
Мэтт повернулся и в упор посмотрел на Джека.
— Разве для человека, совершившего преступление, неестественно отрицать содеянное?
— Да… довольно часто…
— Разве для человека, совершившего преступление, неестественно отрицать содеянное, даже когда все улики против него?
— Наверное.
— Следовательно, вовсе неудивительно, что человек лжет, когда попадает в неприятности, доктор?
— Да.
— Разве от этого он становится патологическим лжецом?
Доктор Дюбоннэ вздохнула.
— Необязательно.
Мэтт торжествующе взглянул на свидетельницу.
— У обвинения больше нет вопросов.
—
