В тот же день в отдел полиции поступила телефонограмма об огнестрельном ранении в плечо водителя служебной машины городской управы Лаврова. На допросе водитель заявил, что в свой выходной день в полном одиночестве поехал на служебной машине за грибами. В лесу к нему подошел человек в камуфляжной форме, представился местным егерем и без причины обвинил в браконьерстве. У самого Лаврова, действительно, имеется дома охотничий карабин, но он его в тот день в лес не брал. Егерь был пьян, угрожал оружием и после словесной перепалки произвел прицельный выстрел, попав в плечо потерпевшего.
Задержанный по горячим следам егерь был крайне удивлен обвинениями в свой адрес, объясняя произведенный им выстрел необходимой самообороной. Кроме того, он упорно утверждал, что в незаконной охоте принимало участие еще одно лицо, назвавшееся представителем городской администрации. Собранные материалы поступили следователю Тихонову с резолюцией начальства: «Привлечь Зорина к ответственности по части 3 статьи 286 УК РФ за превышение служебных полномочий с применением оружия».
Но Тихонов задумался. Он слышал, что на незаконную охоту выезжал со своим водителем сам глава района Чубов. Но в материалах фигурировал лишь водитель служебной машины Лавров. Свидетелей происшествия нет, и, похоже, егерю грозит большой срок: от трех до десяти лет лишения свободы. И Тихонов решил поговорить с начальником отдела Косовым. Подполковник встретил следователя с раздражением:
— Против районного руководства не пойду. И тебе не советую. Говорю тебе, кончай строить Дон Кихота и берись за дело. За хорошо проведенное расследование обещаю премию и буду ходатайствовать о твоем повышении.
— А что если дело представим так. Егерь при проверке в лесу Лаврова случайно задел курок, и самопроизвольный выстрел ранил водителя. Тогда Зорин легко отделается за ранение по неосторожности. А Чубов в деле вообще фигурировать не будет.
— Не получится! Чубов настаивает на строгом наказании егеря. И он уверен в собственной безнаказанности: свидетелей нет, а у деревьев не спросишь.
— Я следователь и по закону являюсь лицом процессуально независимым, я вам предлагаю удобное решение. Не согласны? Передайте дело другому дознавателю.
— Если хочешь заработать неприятности — я тебе помогу. Сначала это будет взыскание. Так что решай сам.
Покинув кабинет начальника, Тихонов сразу позвонил в криминалистический отдел областного управления:
— Привет, Фокин. Надо спасти от тюрьмы одного егеря, нарвавшегося в лесу на местного руководителя. При самообороне он ранил стрелявшего в него водителя чиновника. Но показания егеря об угрозе его жизни объективного подтверждения не находят. Свидетелей нет, а раненый браконьер утверждает, что в лесу был один и карабина в тот день в лес не брал.
— Я все понял. Попробуем разобраться объективно. Назначай завтра следственный эксперимент на месте происшествия и обеспечь видеосъемку. И еще нам понадобятся принадлежащее браконьеру оружие и одежда, в которой он был доставлен в больницу.
На следующий день следственная группа с понятыми прибыла на место происшествия. Следователь предложил участникам конфликта занять те же места в лощине, как в день схватки. Затем эксперт попросил Зорина указать направление полета пули у него над головой после выстрела Лаврова. Вбив кол на уровне плеча Лаврова, эксперт установил вторую планку над головой Зорина. С помощью натянутой между кольями веревки визуально определил траекторию полета пули и обратился к участникам эксперимента:
— Есть вероятность, что пуля застряла в стволе одного из дубов на краю поляны. Будем искать там.
Вскоре эксперт торжествующе указал понятым на пулевое отверстие в дереве:
— А вот и доказательство. Сейчас извлечем пулю для исследования. А ведь показания егеря подтверждаются. Так что ли, Лавров?
— Если пуля деформирована, то невозможно определить, из чьего ствола она выпущена.
— Ты прав, но эксперимент еще не закончен. А теперь, Лавров, надень ту самую окровавленную куртку и свитер, что были на тебе в момент происшествия. Вот и хорошо. Понятые, обратите внимание на отверстия в одежде Лаврова: они расположены намного ниже нанесенной ему в плечо раны. Это произошло потому, что он стоял прямо, опустив руки, как в обычной обстановке. А теперь, Лавров, возьми свой карабин и приложи оружие к плечу, направив в голову твоего обидчика. Прошу зафиксировать на видеокамеру: именно в таком положении тела куртка и свитер поднялись, и дырки в одежде точно совпали с ранением в плечо. Вывод однозначный: правду говорит егерь. Сейчас для чистоты эксперимента протянем бечевку между направлением ствола карабина егеря и повреждениями в одежде и на теле Лаврова.
— Не надо! Да, я стрелял поверх головы Зорина, желая его напугать и избежать составления протокола. Но я настаиваю, в тот день я был один и не охотился.
— Ограничимся пока этим. Изложи свои новые показания прямо сейчас на видеокамеру. А следователь уж потом примет процессуальное решение по собранным нами материалам.
