…Через несколько дней уголовное дело в отношении Зорина было прекращено. Как и обещал Тихонов, Чубов в материалах дела не фигурировал. Но дело не закончилось, Чубов позвонил подполковнику Косову и сказал все, что о нем думает. Глядя в сторону, Косов вызвал следователя и хмуро сообщил:
— Ты, конечно, понимаешь, что мы с тобой больше работать вместе не сможем. Поэтому объявляю тебе строгий выговор с занесением в личное дело. Не подумай, что за освобождение Зорина. Там ты все проделал безукоризненно, и к тебе не подкопаешься. Но в прошлом месяце тобою сорваны сроки по другому уголовному делу. Ты допустил волокиту всего на пару суток. Мелочь, конечно, и при других обстоятельствах я бы внимания не обратил. Но в данной ситуации ты должен знать, что это первое взыскание. Потом будет служебное несоответствие и волчий билет. Делай выводы.
— Мне все ясно, я не вчера пришел в систему и хорошо знал, на что иду. Еще одним взысканием больше, мне не привыкать. Если рассчитываете, что я добровольно от обиды подам в отставку, то не надейтесь!
— Ну, что же? Не хочешь договориться миром, будет плохо!
Тихонов вышел, в сердцах хлопнув дверью.
На следующий день Тихонов узнал об увольнении по представлению администрации егеря Зорина, который «своим грубым и нетактичным поведением спровоцировал конфликт, приведший к ранению Лаврова».
Перед отъездом уволенный с работы егерь зашел к Тихонову:
— Я хотел поблагодарить вас. Если бы не вы и эксперт Фокин, то наверняка меня в тюрьму посадили. А вы не побоялись встать на защиту простого егеря.
— Ладно, не один ты долг честно выполняешь. Есть и другие люди. Куда теперь подашься?
— К тестю в соседнюю область с семьей поеду. Буду на его ферме племенных рысаков разводить. Одна радость: не расстанусь с живой природой. А охранять лес от браконьеров мне теперь не позволят. Эх, если бы знал, чем закончится, то прошел мимо убийц косули!
Глядя ему вслед, Тихонов подумал: «Душу парню сломали, но хоть от тюрьмы спасли!»
О своей судьбе Тихонову думать не хотелось.
Оперуполномоченный Никитин заметил за собой слежку от самого дома: «Ничего удивительного. Операцию по изобличению фирмы «Волна» в контрабанде вступает в завершающую стадию. Покровители фирмы занимают высокие должности, и, пронюхав о угрозе, они подключили свои связи из нашего милицейского ведомства, а те послушно взяли меня под колпак. Интересно, в задании на наружку я у них значусь, как коррупционер или торговец наркотой? Впрочем, это неважно. Для реализации нужно только добыть доказательства по одному эпизоду. Мой осведомитель их уже должен был заполучить. Надо срочно с ним встретиться, но так, чтобы не запалить источник. Теперь, когда за мной установлена слежка это стало затруднительно. Стоп, есть идея, как использовать ситуацию в свою пользу!»
Постепенно у сыщика начали складываться контуры контригры, способные ввести в заблуждение противника. Доложив начальству, что уезжает на важную встречу, Никитин сел в машину и направился в автосервис, попросив знакомого механика оставить машину в сервисе на диагностику. И, якобы, забыв в бардачке мобильный телефон, исключил возможность технического наблюдения за своими передвижениями.
«На машине с мобильником в кармане мне от наблюдения не оторваться. А теперь, я заставлю их попотеть, — рассуждал Никитин. — Вариант один: скрыться от преследователей в районе, где я родился и вырос. Месяц назад занесло меня в знакомые детские места, где с тех пор все как было, так и осталось. Если быстро проскочить знакомым лабиринтом между домами, то уткнешься в железный забор. Там в одном месте можно пролезть между двумя прутьями. Через него попадешь в соседний двор, а там, через арку, выход на главную улицу района. Я проверил: прутья в решетке не меняли последние четверть века. Должно получиться».
Никитин сменил два автобуса, спустился в метро и проехал до нужно остановки. Сотрудники, ведущие наблюдение, неотступно следовали за ним на расстоянии не более пятнадцати метров.
«Ничего, мне и этой форы вполне хватит. К тому, они не смогут сразу обнаружить малоприметный лаз в заборе».
Нарочито медленно, следуя по знакомому с детства переулку, Никитин неожиданно для преследователей рванул во двор, забежал за деревянное полувыселенное строение, на ходу скинул куртку и с трудом, вобрав на выдохе живот, протиснулся в узкое пространство между прутьями. Уже заворачивая в арку, оглянулся и заметил мечущихся вдоль забора «топтунов». Как Никитин мог перемахнуть через такой частокол высоких прутьев, для них было непонятно.
Накинув на ходу куртку, сыщик выскочил на проезжую часть. Ему повезло: затормозивший частник согласился отвезти к ближайшему вокзалу. Там, окончательно удостоверившись, что удалось уйти от наблюдения, Никитин поехал к дому осведомителя. В этот день все складывалось удачно. Секретного сотрудника пришлось ждать всего полчаса. Убедившись, что за ним нет слежки, Никитин вошел за осведомителем в подъезд и окликнул:
