— Во-первых, не военный… — начал было я, но потом махнул рукой: — Не важно! Важно другое: раз вы главный, то и основная ответственность за действия подчинённых также ложится на вас. И меня в принципе не интересует, были ли вы в курсе намерений отдельных нижестоящих должностных лиц, или пребывали в счастливом неведении вплоть до самого инцидента. Пардон за витиеватость речи, но вы меня поняли. К тому же рассматриваемый нами случай подпадает под соответствующий пункт Устава вашей же собственной Корпорации. Тот самый, что наделяет вас чрезвычайными полномочиями при исполнении руководящих функций в филиале, пребывающем в автономном режиме. А где чрезвычайные полномочия, там и повышенная ответственность. Прошу обратить на это особое внимание при фиксировании результатов! — глянул я на Юльку, вернее, в объектив её гоупрошки.
— Ладно, выражусь иначе, — признал собственное бессилие против бюрократии Голдстейн. — Вы, мистер военный, можете доказать, что вас атаковал корабль, принадлежащий именно Корпорации «NOXBiotechnologies»? Я уж не говорю о такой мелочи, как сомнительность самого факта ракетной атаки. Нельзя ведь исключить, что это сработало в нештатном режиме что-то из наследия Предтеч, верно? А может, ваших людей местные хищники загрызли, и вы теперь пытаетесь свалить вину на меня, вместо того, чтобы признать некомпетентность себя самого и подчинённых?
— А ты хорош! — одобрительно покивал я, наставив на корпа указательный палец правой руки.
Ну а чего? Вон как запел, когда к стенке припёрли! Казёнщина такая, что ажно уши в трубочку сворачиваются. А ведь я привычный! Про Юльку вообще молчу, её тонкую, а потому весьма ранимую репортёрскую душу будем исцелять позже. Так что реально достижение! Причём не из последних.
Корп, что характерно, даже ухом не повёл. А значит, всё идёт по плану, что не может не радовать. Что я имею в виду? Да так, мелочь. Лично я бы в силу профдеформации непременно дёрнулся — ещё бы, самый потенциально опасный объект на тебя рабочую руку наставляет! А если в ней пистолет? Ну да, сейчас нет. А потом? Но у Голдстейна рефлекс не сработал. А значит, силовик он лишь номинально. Больше так называемый эффективный менеджер и карьерист. Что ж, нам же проще. Карьеризм априори подразумевает умение вовремя прогнуться под сильных мира сего. А мы, «Альфа-корпус», именно на эту роль и претендуем. Потому что если не мы, то кто тогда? Мэр Хименес? Шериф Меркадо? Не смешите мои тапочки. За подобное предположение, да ещё и высказанное вслух, вас даже Эухенио на смех подымет.
— Положение обязывает, — всё же принял мою — весьма сомнительную — похвалу Голдстейн. — Много вас таких.
— Каких, если не секрет? — полюбопытствовал я, исключительно чтобы поддержать более-менее завязавшуюся беседу.
— Прытких и наглых, мистер военный! — поставил меня, как ему показалось, на место корп. — Чтоб вы знали, мистер Голословные Обвинения, Корпорация «Нокс» предпочитает работать исключительно в правовом поле…
— … если оно есть, разумеется, — перебил я излишне разговорившегося Голдстейна. — Впрочем, когда его нет, то и все претензии оборачиваются… как бы это помягче? Пшиком, вот!
— В отсутствии правового поля все сотрудники Корпорации «Нокс» руководствуются её внутренними правовыми актами, которые в этом случае имеют наивысший приоритет, мистер Знаток Юриспруденции! — снова мастерски срезал меня корп.
Правда-правда, хе-хе.
— Действительно? — удивлённо заломил я бровь. — А не подскажете, что у вас в Уставе говорится насчёт ракетных обстрелов транспортов Службы нейтрализации? И тем более об уничтожении её сотрудников?
— Повторяю: у вас нет доказательств! — упёрся корп.
Хм… ожидаемо, что уж тут. Впрочем, на этот — весьма условный — аргумент у нас найдётся свой довод. Да-да, как на каждую хитрую задницу болт с левой резьбой и мелкой насечкой. И речь в данном случае отнюдь не обо мне, хоть каламбур и неплохой получился. Собственно, как раз для этого Макс мэровский комп и оккупировал. Так-то можно было и не выпендриваться, подключиться к сетке удалённо, как он и поступил, пока мы в Рио-Рохас торчали, но тогда бы у Голдстейна появился лишний повод обвинить нас в голословности. Понятно, что он и без того до последнего будет отнекиваться, но у нас ведь и помимо корпа есть объект воздействия, не правда ли?..
— Старший техник Кузнецов? — вопросительно покосился я на Деда Максима.
— Слушаюсь, господин мастер-лейтенант, — среагировал тот, всё так же уткнувшись в клавиатуру. — Один момент.
Понятия не имею, что там Макс с местной локалкой сотворил, но даже для мэра Хименеса ожившая левая стена стала изрядным сюрпризом. Судя по всему, он об этой её функции даже не догадывался. Какой? В сущности, вполне для Предтеч обычной — она служила активной зоной компьютерного комплекса, и в том числе могла выступать в роли масштабируемого дисплея. Не просто экраном для проектора, а именно что видеоматрицей. А Макс её ещё и подстроил таким образом, чтобы картинка вполне уместилась между спорщиками. Да и глазами косить никому не пришлось.
