— А смысл сразу колоться? Проявите, в конце концов, свои выдающиеся профессиональные качества! — попытался я свести ситуацию к шутке. — Если мы сами всё расскажем, то когда вам работать?
— Ладно, учту! — пообещала девушка. — И последняя… просьба, Никита! Вы позволите?
— Нет! — рубанул я, даже на миг не задумавшись.
— В смысле⁈ — опешила репортёрша.
— В смысле, со мной вы не полетите.
Тон мой, как я надеялся, был достаточно категоричным, чтобы не допускать превратного толкования.
— Ладно, как скажете, — кротко кивнула Джули.
И вот от этой её кроткости у меня на душе стало очень нехорошо. Знаю я таких покладистых, на той же Сандрин уже неоднократно обжигался. Жаль только, что продолжить разговор не получилось — мы, как выяснилось, уже пришли. Так что я волей-неволей отвлёкся на мэра Хименеса, а Юлька под шумок куда-то испарилась. Правда, вспомнил я об этом уже утром, на стартовой площадке рядом с прогревающим движки «Грифом-первым»…
— … в общем, мэр Хименес обещал всяческую поддержку, и особенно по части свидетельских показаний. Впрочем, чего я тебя учу, Сэнди⁈ Сама всё прекрасно понимаешь! — закончил я финальный инструктаж, в котором капрал Вега, между нами говоря, и не нуждалась. Не первый раз с ней по этой схеме работаем. — Ну и сама постарайся ни во что не вляпаться, очень тебя прошу.
— Будь спок, Никки! — от души огрела меня по плечу Сандрин, но при нашей разнице в габаритах я даже не пошатнулся. — Ты ж меня знаешь!
— Вот именно! — с непроизвольным сарказмом ухмыльнулся я. — Если возникнут трудности административного порядка, смело обращайся к мэру Хименесу, но сама морды ни в коем случае не бей! Никому!
— Даже корпам? — с хитрым выражением лица, почти как у кошки из мема, уточнила капрал.
— Даже корпам! — решительно кивнул я. — Вернее, особенно корпам! Если будет очень надо, я лично парочку-другую пристрелю. А ты чтобы ни-ни! Это приказ!
— Есть, господин мастер-лейтенант! — вытянулась во фрунт Сандрин. — Разрешите выполнять?
— А вы ещё здесь? — удивлённо заломил я бровь.
Вроде как в надежде, что её сейчас словно ветром сдует. Однако фиг я угадал: сеньорита Вега хоть и отправилась исполнять свои непосредственные обязанности, но отнюдь не бегом. И даже не быстрым шагом. Зато соблазнительным, от бедра. И насчёт соблазнительного я ничуть не преувеличиваю, даже мешковатый комбез с грубыми броневыми вставками не скрадывал весьма привлекательных изгибов девичьей фигуры. Да, довольно миниатюрной, но зато оснащённой всем необходимым. И, что самое главное, именно в тех местах, где нужно. Ну а про мордашку и вовсе молчу — многие, очень многие самонадеянные новички велись на почти кукольное личико, и горько об этом жалели впоследствии, словив пару-другую тумаков. Я бы даже сказал, неиллюзорных звездюлин. И да, в основном теми самыми стройными ножками да по мордасам — Сандрин неплохо владела ставшим нарицательным «ударом Чака Норриса ногой с разворота» и прочими не менее затейливыми техниками. Да что там говорить! Даже я в очередной раз невольно засмотрелся, а потому чуть не прозевал явление народу второй валькирии в боевой броне. Впрочем, эта у Веги заметно выигрывала в габаритах, а ещё отличалась бледностью кожи и блондинистостью. Ну и здоровой журналистской наглостью, как незамедлительно выяснилось.
— Доброе утро, Никита! — с ходу одарила она меня обворожительной улыбкой.
Причём обворожительной настолько, что у меня моментально душа ушла в пятки от нехорошего предчувствия. Не может такого быть, чтобы без какой-нибудь подлянки обошлось! Ни за что не поверю, что она на взлётную полосу явилась исключительно для того, чтобы пожелать мне удачи. Ну или для какого-нибудь пустопорожнего напутствия перед выходом на дело. Ладно, хрен с ним, даже интервью взять, такое, чтобы состояло исключительно из благоглупостей, рассчитанных на непуганого обывателя. Но нет, с Юлькой этот номер не пройдёт! А ещё я внезапно осознал, что не видел её со вчерашнего вечера, аккурат с того момента, как ответил категорическим отказом на её попытку пробиться в состав экспедиционной партии. А ведь с неё станется поднять связи и принудить моё начальство к чему-нибудь крайне нехорошему!
— А у меня для вас послание, Никита! — ещё сильнее залучилась доброжелательностью репортёрша. — Будьте добры, проверьте служебную почту!
— Э-э-э… нахрена? — невольно тупанул я. Но сразу опомнился: — И вам доброе утро, Юлия! Надеюсь, спалось хорошо?
— Если честно, глаз не сомкнула, — призналась девица.
— С чего бы? — хмыкнул я, активировав-таки почтовый ящик.
