Он галантно поцеловал даме ручку и, воспользовавшись приглашением, сел.
— Не знал, что у вас практикуются поединки послушниц, Мария Николаевна, — заметил он.
— Это вы про Манюню с Галкой? И кто победил?
— Когда я уходил, они от руко— и ногоприкладства перешли к словесным выпадам. Чёрненькая явно проигрывала.
— Это Манюня. Тут она потерпит конфузию — у Галки язычок, как бритва. Что делать, Павлик, девочкам надо практиковаться. А я, старая курица, уж закрываю глаза на то, что дерутся они из-за одного парня, с которым познакомились в городе…
Палыч знал, что, помимо общего руководства Обителью, почтенная поэтесса исполняла обязанности наставника по ликвидации. Проще говоря, учила девочек убивать — хладнокровно и эффективно.
— Так что же с нашими ниндзя? — перешёл Палыч к делу.
— Логинова чуть не упокоили агенты противника. Дедушка-ниндзя оказался жив, но ненадолго. Ниндзя-внучок, по всей видимости, овладел свитком. Ниндзя-мама исчезла бесследно, — всю эту информацию Белоснежка произнесла, не поднимая глаз от вязания и голосом столь монотонным, словно читала нудную лекцию.
Несмотря на то, что Палычу всё это было уже известно, он с интересом выслушал и кивнул.
— Могу дополнить ваши сведения, — заговорил он, когда собеседница умолкла. — Мама ушла через Батум в Турцию на лодке. Ниндзя-сынок засветился при переходе советско-финляндской границы, был задержан финнами, но в ту же ночь бежал, надо думать, не без их помощи. Теперь, скорее всего, в Швеции. А может, в Норвегии…
— Ну и что же Совет Артели? — тихо спросила Белоснежка, — Уволит меня за провал и отправит в дом престарелых?
— Полноте, Мария Николаевна, какой провал! — горячо и почти не переигрывая заговорил Палыч, — Ваш Логинов отработал отлично. Не его вина, что семейка попалась настолько скользкая, а противодействие противника было таким сильным.
Пожилая дама покачала головой.
— Не утешайте, Павлик. Mea culpa, mea maxima culpa[43]. По крайней мере, я должна была обеспечить Логинову хоть какое-то прикрытие.
Палыч замотал головой, на сей раз вполне искренне.
— Ваш человек сделал всё, что мог. И весьма эффективно, хотя, может быть, это получилось случайно.
Белоснежка впервые оторвалась от вязания, с интересом подняв голову.
— По нашим данным, — продолжал Палыч, — поскольку Клабу не удалось ни ликвидировать наших людей в Красноярске, ни установить контроль над Ивановыми, там приняли решение свернуть операцию.
— Да, мы отметили отсутствие их активности в Москве после бегства Ивановых, — согласилась старшая наставница, возвращаясь к вязанию.
— Похоже, ваш Логинов сделал главное — из-за его расследования они слишком далеко высунулись из норы, и теперь им надо срочно прятаться, иначе засветку никак не закамуфлируешь. После перестрелок в Красноярске КГБ похож на разворошённый муравейник.
— Да, им следовало бы блюсти тишину, — согласилась Белоснежка. — Как и нам, впрочем.
— Именно потому по возвращении Логинова поощрите его и отправляйте на отдых. А в комитете его сами окоротят.
— Поощрить поощрю, а насчёт отдыха пусть не рассчитывает, — усмехнулась глава московской Артели, — у меня и так людей не хватает. Пусть работает. А ЧК точно прикроет дело?
— Уже прикрыли — благодаря тамошним клаберам.
Дама несколько секунд молча вязала, потом снова подняла глаза на Палыча.
— Мне всё это очень не нравится, — решительно заявила она.
— Что именно? — медленно спросил Палыч, — То, что Клаб проявил в данном случае поразительную сдержанность?
Она кивнула.
— Знаете, Мария Николаевна, мне это тоже не нравится. Они могут ударить в самый неожиданный момент, когда мы совсем успокоимся.
Старушка пожала плечами и вновь взялась за спицы.
— На семейку ниндзя они в любом случае продолжат охотиться, — продолжал Палыч.
— Как вы думаете, где сейчас мальчик? — спросила Белоснежка.
— Наверняка в Японии. Или стремится туда. Но там ему придётся худо.
— И что в Японии?
— Оцу Икусукэ, враг покойного Иванэ, попытался вывести Накагава-рю из тени, сунулся на криминальный рынок, и тут же схлестнулся с одним серьёзным кланом якудзы. Два дня назад в Токио произошла жуткая резня — практически весь клан Накагава-рю уничтожен боевиками якудзы. Похоже, их заманили в ловушку приглашением на переговоры. Самому Оцу отрубили голову. У «Восемьсот девяносто три»[44], правда, тоже серьёзные потери.
— Как я понимаю, — проговорила Белоснежка, считая петли, — это было мероприятие в рамках прикрытия дела?
— Да, — кивнул Палыч, — Клаб, несомненно. Думаю, они просто хотят выманить парня. Без свитка им эти недониндзя не нужны. А свиток у Феди.
— Что это вообще за свиток?
— Древний артефакт, само обладание которым уже даёт силу. Ну и информация, которая в нём, весьма ценна.
Старушка покивала.
— Да, видела я подобные вещи. В них приходится верить, как в очевидность. А что с той девицей?
— Мияко? По всей видимости, вернулась в Японию. Но вместе с прочими членами клана не погибла. Скрывается где-то, надо думать.
Госпожа наставница вытащила свой мундштук и вставила туда папиросу. Палыч привычно поднёс зажигалку.
