— Нет, Лина. — Нана взяла мою руку в свои и посмотрела на меня твердым взглядом. — Как жена Орана, ты не можешь позволять себе смотреть на вещи так просто. Ты должна слышать то, что не сказано, и видеть то, что скрыто. Этот молодой человек был под опекой Ренцо последний год. Он в смятении с тех пор, как узнал, что его отец убил его мать. Я не верю, что время с Ренцо помогает, и, если не ошибаюсь, он подмешивал алкоголь в пунш твоей сестры последний час.
— Что? — ахнула, голова резко повернулась в сторону двух молодых людей.
Нана потянула за мои руки, чтобы вернуть мое внимание к себе.
— Я не буду здесь вечно, знаешь ли. Кто-то должен взять на себя ответственность и поддерживать силу этой семьи.
— Я? Вы… думаете, что этим человеком буду я? — Я уставилась на нее, все еще наполовину сосредоточившись на Амели.
— Ты сильная, девочка. У тебя есть все, что нужно.
— Вы не можете этого знать наверняка.
— Оран рассказал, что ты сделала для своей сестры. Для меня этого достаточно. Все в этой семье лояльны, но не все могут заставить себя пойти на самопожертвование, когда придет время. Нужен особый тип человека — умственная стойкость и способность к стратегии — чтобы вести семью, как наша. И кто знает, такие молодые женщины, как ты, вступившие в наши ряды, возможно, справитесь с этим вместе. Иногда перемены — это хорошо. Но знай, на мою роль нужен кандидат, и я твердо уверена, что женский ум лучше справляется с такими вещами, — она строго кивнула, как будто вопрос был решен.
Я не могла с ней поспорить по последнему пункту, но все еще не была уверена, что обращение ко мне — это правильный план. У нее были внучки, которые казались вполне способными. Разве мафиозная ментальность не заключается в том, чтобы держать все в семье?
— Я даже не знаю, с чего начать.
— Ты научишься обращать внимание, — просто предложила она. — У тебя еще есть время. Я еще не совсем на последнем издыхании, — она подмигнула, наклонившись с видом заговорщицы. — А теперь иди спасай свою сестру, пока он не увел ее.
Я вскочила, затем остановилась, оглянувшись на нее.
— Спасибо, Нана. Я не знаю, почему ты выбрала меня, но сделаю все возможное.
— Я знаю, что ты сделаешь, девочка, — тихие слова и добрая улыбка наполнили меня гордостью, которой не ожидала. Я не понимала, почему мне важно ее мнение, но, видимо, это так. Нана была крутой, и если она думала, что я могу последовать по ее стопам и вести эту семью, то сделаю все возможное, чтобы оправдать ее ожидания.
Я прошла мимо двух столов, пока не добралась до Амели, выхватив у нее напиток и уставившись на Санте.
— Извините, думаю, на сегодня хватит.
— Что? Лина, о чем ты? — Амели была явно навеселе.
Санте протянул руку между мной и моей сестрой, пытаясь притянуть ее ближе к себе.
— Все в порядке. Она в порядке.
— Держись подальше, — я уставилась на него. — Ты уже достаточно натворил.
И тут появился Ренцо Донати.
— Все в порядке?
— Этот парень подмешивал алкоголь в напиток моей сестры. — Я не возражала, если бы она немного выпила, но подмешивать что-то в ее напиток было неприемлемо.
Санте невинно поднял руки.
— Это всего лишь водка. Не нужно делать из этого проблему, — его глаза были красными и стеклянными, что указывало на то, что он тоже баловался водкой, если не чем-то более серьезным.
Убийственная ярость, омрачившая лицо Ренцо, почти заставила меня пожалеть о том, что я что-то сказала. Почти, но не совсем.
— Никуда нельзя тебя взять с собой, — прошипел он сквозь стиснутые зубы.
Санте усмехнулся.
— Ты имеешь в виду, что нельзя, чтобы я развлекался.
Молниеносно Ренцо схватил Санте за горло одной рукой и поднял парня на цыпочки. Санте, должно быть, был ровесником Амели, что означало, что он еще не полностью созрел, но определенно не был маленьким. Сила, необходимая, чтобы поднять его одной рукой, была ошеломляющей.
— Что я тебе говорил о неуважении ко мне?
Санте ухватился за запястье Ренцо.
— Просто… немного… веселья, — выдохнул он.
— Нет, ты позоришь всю нашу семью, и теперь мы уходим. — Он бросил парня с легким толчком, затем повернулся ко мне. — Лина, Оран, я позабочусь о том, чтобы это было решено должным образом. Приношу свои извинения.
Оран, который стоял позади, обнял меня одной рукой, и пожал руку Ренцо.
— Мы рады, что ты смог прийти.
Ренцо повернулся, указывая Санте на выход, когда Амели протянула руку и схватила Санте за пальцы. Они обменялись взглядом, который я не могла понять, прежде чем он отвернулся от нее и ушел.
Амели развернулась ко мне, ее глаза стали стеклянными.
— Зачем нужно было устраивать сцену и подставлять его? Он никому не причинял вреда, — огрызнулась она, затем бросилась в толпу в гормональном приступе слез.
Мое раздражение отразилось в глазах Орана.
— Думаю, с детьми можно подождать.
Его внезапно нахмуренный взгляд стал соблазнительным.
— Это не значит, что мы не можем пытаться.
— Завести детей?
— Делать детей, — он ухмыльнулся. Мой муж наслаждался своей долей праздничного виски. Я не могла его винить. Тоже выпила больше одного бокала шампанского.
Ухмыльнулась в ответ.
— Практика ведет к совершенству.
