Руки Зени обвились вокруг ее тела, и выражение ее лица было подавленным. Я знаю этот взгляд. Так выглядел мой милый одуванчик в худшие дни своей жизни. Когда ее мама умерла. Когда дети Чессы оплакивали свою умершую маму. День, когда я оставил ее. Я никогда больше не хотел видеть ее такой.
— Дай угадаю. Этот мудак беспокоил тебя неделями. Месяцы. Ты продолжаешь говорить «нет», но из-за того, что поблизости нет мужчины, который мог бы сказать ему, чтобы он пошел нахуй, он пытался измотать тебя.
Она поджимает губы и кивает.
Я обнимаю ее за талию и целую в лоб. — У твоего дяди есть это для тебя, принцесса.
Когда я поворачиваюсь к Григору, Зеня быстро говорит: — Нет, дядя Кристиан, не надо…
— Привет. Ты. — Я слышу за спиной раздраженный вздох Зени, иду за Григором. Неужели она действительно думает, что я буду изображать из себя полную никем, заставляющую ее чувствовать себя добычей? — Что ты только что ей сказал?
Григор поворачивается ко мне с хмурым лицом. — Хм?
По мне проходит очередная волна гнева. — Это не
Он переводит взгляд с Зени на меня с замешательством. — Я попрощался. Почему ты поднимаешь мою задницу?
— Она должна тебе еще одно свидание?
Глупая ухмылка расплывается по его лицу. — Я пригласил ее на ужин, и она пообещала мне еще одно свидание, но не отвечает на мои…
— Зеня Беляев вам что-то должна?
— Ну да, она сказала…
Я хватаю его за волосы и тащу обратно к Зене.
Он хватает меня за запястье и пытается вырваться, но у него нет другого выбора, кроме как споткнуться о собственные ноги, пока я тащу его по ковру. — Ой! Какого хрена! Отпусти меня, ты, чертов псих.
Я заставляю его выпрямиться и рычать ему на ухо: — Я же говорил. Не
— О чем ты говоришь? Отпусти меня!
— Зеня Беляев, первый и самый драгоценный ребенок моего брата, самая красивая женщина в этом городе и наследница львиной доли беляевского состояния, чем-то обязана такой сопливой собаке, как ты?
Григор наконец соображает и выдыхает: — Хорошо. Нет. Она мне ничего не должна.
Я трясу его так, что у него стучат зубы. — Она должна тебе свидание?
— Нет.
— Она уже отказала тебе?
— Ну да, но…
— Значит, вы не послушали даму, которая отказала вам? — Я рычу.
— Но…
Я трясу его так сильно, что он щелкает зубами. — Ты всего лишь маленькое дерьмовое пятно, не так ли? Скажи это.
— Что? Серьезно, отвали, мужик.
Он крутится взад-вперед в моей хватке, а я стою с рукой в кармане. Все вокруг смотрят. Я вижу кого-то, кого знаю, в другом конце комнаты и молча здороваюсь с ним, вздернув подбородок. Он отвечает с веселой улыбкой и поднимает тост за меня своей кофейной чашкой. Появились телохранители Адамовича, но они не будут вмешиваться, пока между мной и этим идиотом будет продолжаться ссора.
Я снова поворачиваюсь к Григору, который борется в моей хватке. — Я знаю твоего отца. Я знаю твоих дядей. Они мои хорошие друзья. Как насчет того, чтобы я закинул тебя на заднее сиденье моей машины, отвез к ним и рассказал, как ты проявил неуважение к моей племяннице?
Григор может не понимать, насколько опасно разозлить клан Беляевых, но его семья поймет, а я случайно знаю, что у отца Григора буйный характер.
— Ты ничтожное дерьмовое пятно. Сказать. Это.
Григор краснеет и бормочет: — Я ничтожество.
Я отбрасываю его от себя за волосы. — Если я еще раз поймаю тебя в сотне футов от Зени, я выпотрошу тебя, как гребаную рыбу. А теперь убирайся с глаз моих.
Григор спотыкается, выпрямляется и бросает на меня недобрый взгляд, прежде чем быстро уйти.
Зеня берет меня за руку и кладет руку мне на бицепс, шепча мне: — Тебе не нужно было этого делать.
Я смотрю на ее руку, держащую мою, и уголки моих губ приподнимаются. Я подозреваю, что она держится за меня, поэтому я не преследую Григора и не забиваю его до смерти, но я все еще наслаждаюсь этим. — Да, я сделал. С каких это пор таким ублюдкам позволено пускать на тебя слюни и требовать от какого-то Беляева?
Она делает печальное выражение лица, и я могу угадать ответ. С тех пор, как я уехал, а Тройэн стал слишком болен, чтобы напоминать всем, что мы на вершине пищевой цепочки в этом городе.
Я убираю ее волосы назад и смотрю на ее красивое лицо. — Все возвращается к тому, что было раньше. На самом деле будет даже лучше, потому что все эти наглые ублюдки научатся отдавать тебе дань уважения.
Зеня смотрит на меня. — Папа считает, что я должна выйти за Григора. Или хотя бы жениться на ком-нибудь. Вы видели, каким был Адамович. Мужчины в этой сфере деятельности не очень серьезно относятся к незамужним женщинам. Или женщин вообще. Но рядом с сильным мужчиной… — Ее нос раздраженно морщится.
