Блядь! Еще один клиент! Респектабельный полный господин суетливо снял пальто, стянул рубашку, бросив ее на стул, снял носки, уронив их на пол, и, стащив брюки, остался в белье. Тело его, еще недавно важное и напыщенное, сразу приняло вид раздутого мешка с дерьмом — пузо неопрятно свисало над кальсонами, толстые ляжки неуклюже стояли на полу. Он застыл, словно в удивлении.
— Ну что, стоите, раздевайтесь. В душ пойдете? — бархатистым голосом произнесла девушка, пытаясь скрыть раздражение.
— Нет, — хмуро рявкнул тот.
— Вам обязательно надо сходить в душ, — настаивала она.
— Но я недавно мылся!
— Пожалуйста, все равно сходите.
— Зачем, я же чистый?
— Тогда я не смогу доставить вам удовольствие, — отрезала.
Клиент разочарованно вздохнул.
— Куда идти?
— Я вас проведу.
Отправив мужика мыться и вручив ему полотенце, она вернулась в комнату и проверила реквизит: смазка, презервативы, влажные салфетки — все на месте. Присев на край кровати она устало вздохнула — какой бесконечный день! Этот сегодня уже девятый по счету!
Клиент вернулся быстро, одетый так же, как раньше, будто и не раздевался вовсе. Впрочем, выглядел он мокрым, с него стекала вода, и оттого он еще более стал похож на рахитичного гуся со сгнившей печенью, перед забоем.
— Я сейчас, — девушка вышла, закрыв за собой дверь.
Когда, через несколько минут, она вернулась, обернутая в полотенце — мужчина все еще раскорячившись смотрел в окно.
«Странный типчик», — подумала.
— Ну что ты, давай я тебе помогу, — она аккуратно сняла с него исподнее. Из штанов сарделькой вывалился толстый, но короткий член, совсем не напоминавший об эрекции. Он не очень приятно пах. «Видимо не мыл». Преодолев секундное отвращение, девушка взяла его в рот и облизнула головку.
— Ляг, я хочу тебе вставить! — громогласно объявил господин, как только его орган принял соответствующую предмету форму.
— Хм… ну давай, — она ухмыльнулась, легла на спину, широко раздвинула ноги.
Он навалился на нее как небольшой гиппопотам, застыл на мгновение и стал потихоньку двигаться. Вначале в глазах его отражался неуверенный вопрос, но после первого десятка фрикций клиент разгорячился. Его инструмент ощутимо увеличился в размерах, движения ускорились, дыхание участилось. Девушка натужно подмахивала и подохивала в ритм. Но дальше что-то пошло не так. Мужчина властно положил руку ей на шею и легко надавил по центру, туда где у мужчин обычно находится кадык, а у женщин — просто впадина. Сначала она не противилась, надеясь, что тот быстро кончит и ослабит хватку. Дышать становилось все сложнее, самец все сильнее сдавливал горло, вбивая в нее свой окрепший отросток. Он окончательно замкнулся в себе: взгляд его помутнел, в нем зажегся мрачный дьявольский огонек, зрачки набухли и расширились, движения стали механичными. На миг ей показалось, что не мужчина трахает ее, а сорвавшийся с программы гуманоид, и сейчас он раздавит ее хрупкую, лебяжью шейку. И тогда ей стало по-настоящему страшно.
«Маньяк!» — поняла она. Резким разворотом девушка попыталась вывернуться, вылезти из-под него, но тот держал крепко, игнорируя ее потуги. В ней проснулась ярость. Незнакомая доселе энергия змейкой поднималась по позвонкам, проскользнула вдоль шеи, прошла сквозь мозг и вышла через глаза. Ее зрачки сузились, сетчатка разошлась красными фракталами и из них заструился тонкий направленный луч. Маньяк остановился. Воспользовавшись моментом девушка разом вырвалась, сбросила с себя стокилограмовую тушу обезумевшего клиента, при этом чуть не поломав ему хер, и бросилась к двери. Тот зарычал, бросился за ней, пытаясь остановить ее или ударить, но она уже бежала в костюме Евы по коридору с криком «Охрана!»
Вскоре все было кончено. Дурной дядька без панталон был спущен с лестницы, а она стояла возле открытого окна и курила, медленно успокаивая дыхание, глядя на покатые крыши домов, пустые брандмауэры, торчащие прямоугольные трубы и черный дым Петербурга, изрыгаемый из неизвестных топок. Все окна в городе были темные, но девушка не обратила на это внимание.
