О замаячившем в перспективе одиночестве не задумывалась. Нет, с ней не может произойти. С другими - да, а она красивая, еще устроит жизнь. Вон Инка Аверьянова, тоже за алкашом замужем была. А съездила как-то на юг, с москвичом познакомилась. Из убогого, застойного поселка, каких по России тысячи, переехала в столицу - предел мечтаний любой провинциалки. Правда, она еще красивее Наташи была - на Марианну Вертинскую похожа.
Оптимизм молодости поддерживал Наташу, подпитывал надежды, не давал грустить. Появилось желание совершенствоваться. Она с удвоенным энтузиазмом взялась за учебу в культпросветучилище - студенты коротко называли его "кулек". По окончании получила диплом "музработника", удачно нашла работу в детсаду рядом с домом. Собиралась поступать в областную консерваторию.
В первый год не поступила - провалила специальность. Решила поступать на следующий. Много упражнялась дома на пианино, мечтала после консерватории играть в профессиональном оркестре. Главное - вырваться из иваньковского болота. Окончит конверваторию, дальше получится само собой: попадет в артистическую среду - с интеллигентными людьми будет общаться, а не с поселковыми недоумками. Там же непременно и мужа найдет.
Пример имелся перед глазами. Дочка прежней детсадовской заведующей Элеонора Тамбовцева совсем недавно окончила консерваторию по классу скрипки. Так ее сразу в областную филармонию приняли. Наташа завидовала слегка. Та была исключительно страшна - длинно-лошадиное лицо и нос крючком, но с таким гордым видом ходила по улице, прям небожительница местная! Не поздоровается, ни косо не поглядит. Всем видом показывает: вы тут никто, вам до меня, великой скрипачки, еще расти и расти, и то неизвестно.
Ее заносчивость окружающие, как ни странно, принимали с пониманием. Почему? По причине высокостоящих в поселковой иерархии родителей: мама - завсадом, папа - полковник, командир той самой воинской части за железной дорогой.
У Наташи повышенного статуса не было, скорее средне-поселковский. Отца не знала и никогда не задумывалось о его возможном существовании, будто была зачата без мужского участия. Мать не имела ни образования, ни профессии, всю жизнь работала на заводе контролером в проходной. Посчастливилось, что мать не запила от тоски и беспросветности, подобно другим товаркам. Тем серолицым теткам, выглядевшим одинаково помято в любом возрасте - и в тридцать и в шестьдесят, одевавшимся тоже одинаково: зимой в телогрейку, летом в служебный синий халат.
Мать до самозабвения любила Наташу. Сама в обносках ходила, а дочку одевала понаряднее. Тем более, что та и в детстве красотулькой выглядела и когда выросла не пострашнела. Наташа не была безнадежно избалованной, но частенько пользовалась любовью родительницы в свою пользу. Отлынивала от дел, к которым душа не лежала. Например, огород. В Иваньково его имела каждая семья - большое подспорье в хозяйстве, если не будешь лениться обрабатывать. Главное развлечение поселковских: только снег сойдет, бегом на дачу. Дел невпроворот. Да что рассказывать - каждый знает.
Наташа не любила спину гнуть, стоять "дулом вверх", как выражались местные. Отговаривалась - ей как пианистке нужно пальцы беречь. Потому тяжелую работу разделили: матери достался огород, дочери - уборка квартиры.
Обеспечить будущее Наташи мать считала святым делом. Когда у дочки обнаружились музыкальные способности, назанимала денег, пианино купила - только бы та выучилась на хорошую специальность, не пошла по ее стопам. Наташа выучилась, но заноситься - по примеру Элеоноры не стала. Поводов не имела. Пока. Вот когда окончит консерваторию... Или замуж за приличного человека выйдет... Тогда посмотрим.
Работу в детсаду - монотонную, однообразную - она считала временным явлением. Тем не менее исполняла добросовестно. Все эти "Жили у бабуси" и "В лесу родилась елочка" играла с вдохновением, используя обе руки - полезно для ежедневной тренировки.
Надолго задерживаться здесь не собиралась. Неинтересно молодой, свободной девушке с амбициями. Слишком бесперспективно: работа, не развивающая способностей; коллектив сугубо женский. Остаться - значит заранее похоронить себя, забыть мечту о лучшем будущем. Обмануть ту светлую судьбу, которую когда-то предсказывали. А предательницей себя быть не хотелось.
Годы летели, судьба не торопилась. Соседи и знакомые начали со снисходительным сочувствием поглядывать на Наташу, мол, вот еще одна кандидатка в одиночки. Хоть красавица, да что-то с ней не то - ни один мужик не скинулся даже ребенка сделать.
Попала она в самую несчастливую категорию. Такая всеобщая мозговая установка в Иваньково: замужние женщины, хоть и замордованные пьяницами-супругами, стояли наверху иерархии, за ними вдовы и разведенки, потом старые девы и женщины без детей, которых считали особенными неудачницами. Потому что "в старости стакан воды некому будет принести".
