— Какой разный у нас взгляд на нашего сына… Вижу, с тобой бесполезно говорить. Матвей, у меня к тебе деловое предложение. Пора внести изменения в твою жизнь, взбодриться. Тебе. В твоем возрасте мужчины меняют старых жен на новых, получая вал эмоций, они оживают. Давай выберу тебе красивую молодую кобылу, престижную, чтоб ты с гордостью представлял ее знакомым. Вкусы твои я знаю, типаж, который предпочитаешь, обещаю предоставить качественный…
— Заболела? — разозлился он, в сердцах бросив салфетку на стол. — Может, врача вызвать?
— Я серьезно. Не могу тебя бросить на одну Веру, ведь ты мне не чужой, как-никак отец моего сына и дед моей внучки. Кто-то должен разбавлять и украшать твою жизнь в этом доме, ну и, чтобы не скучал, развлекать.
— Нет, ты рехнулась. Как такой бред в твою голову пришел?
Настал момент, когда и Ирина Федоровна взорвалась:
— Так же, как тебе, когда ты Алешке предлагал альтернативных девиц. Этим ты оскорблял его, унижал… Как в твою башку такое пришло?!
— Выбирать надо из тех, кто хорошо знаком! Я исходил из этих соображений, потому что тоже заботился о нем. Алексей не оценил!
— Пескарей имеешь в виду? — раскричалась она. — С этими дегенератами мечтал породниться? Ха-ха-ха! А почему своему Роберту не предложил дохлую рыбу Женю? Да никогда нашему Алешке она не понравилась бы!
— Кроме Женьки, других полно, красивых и нужных, с которыми он построил бы надежное будущее. У него был большой выбор.
— Тебе надо обтяпывать свои дела? Денег мало? Да ради бога, но не за счет Алешки! Он как-нибудь без тебя построит свое будущее.
— Опять не поняла! Ты перевираешь смысл моих слов! Мне нужен мир в семье, чтобы мои сыновья не грызлись! Для этого убирается главное зло…
Ирину Федоровну просто захлестнула волна негодования, она даже задохнулась и вынуждена была сделать паузу, чтобы отдышаться. Вот так и хватают инфаркты, к счастью, она об этом помнила и перестала орать:
— Саша и твоя внучка зло?! Все, Матвей, все. Я не хочу жить с тобой в одном доме, не хочу видеть твою постную и вечно недовольную физиономию, не хочу слышать твой повелительный тон. Давай договоримся, я тебе новую жену, которой ты утрешь носы своим престарелым друзьям, а ты мне небольшую квартиру поближе к сыну. И у меня больше никаких материальных претензий к тебе не будет, подпишу все бумаги. Если заартачишься, будем делить даже этот дом, мы его строили, когда я уже была твоей женой. Я все сказала.
Она решительно вышла из столовой, ему пришлось идти за ней, убеждая:
— Я уже согласился вернуть Александру, поэтому нанял Иннокентия… Но я не потреплю ультиматумов!.. Мы с тобой разговариваем на разных языках!..
Жена захлопнула дверь своей комнаты перед его носом. Да, у них разные комнаты, и это разделение случилось… он не помнил, когда.
Иннокентий посоветовал Никите воспользоваться личным обаянием, ну, правда, у парня юная рожица, невольно вызывающая доверие, кстати, это идеальный типаж для преступника. Не склонный к актерскому мастерству парень решил не подвергать себя провалу фальшивой игрой, а только честно врать.
В медицинском центре, крутом и очень крутом, куда простому гражданину лучше не соваться, он высмотрел тетеньку в возрасте и, полагая, что она работает тут давно, подкатил к ней. Представился родным и единственным племянником Ангелины Рябовой, приехал лишь сейчас — раньше средств не имел на поездку, само собой, хочет знать, как тетя умерла, а также — почему. Правильная установка дает неплохие результаты: играть роль — сложно, неумейкам лучше не пробовать, а вот врать — это запросто, каждому по плечу. Тетенька лет пятидесяти, явно занимающая одну из низших ступеней в данном центре, прониклась к нему, но, вероятно, не слишком любила покойную, так как неохотно заговорила о ней:
— Да, помню Гелу, здесь ее так звали. Но я не дружила с ней, ничего не могу вам рассказать, кроме того, что она покончила собой.
— А подруги у нее были здесь? — с надеждой спросил Никита. — Хотелось бы хоть с кем-то поговорить о тете. Мама просила, она переживает до сих пор.
— На подруг нужно время, а у нас на первом месте работа, — уклончиво сказала женщина. — Нет, не было у нее здесь подруг, насколько я знаю.
Неудачи никто не любит, и раздосадованный неудачей Никита повесил голову, а тетенька двинула вперед по коридору. Зато он понял, как в свидетельских показаниях появляются дурацкие слова «близких связей, друзей и подруг не имела»: просто народ не захотел и минуты потратить на показания ради коллеги. Внезапно тетенька сделала разворот и вернулась к нему:
— Знаешь, парень, здесь ты не найдешь никого, кто захочет поговорить о твоей тете.
— Она что, такой плохой была, поэтому…
