И хорошо, что всё случилось на Драконьем Крае, куда недоброжелатели пробраться не могли в принципе, но если такое произойдет в ином месте? Она же может пострадать, причём по собственной глупости!
Как она могла не заметить его приближение?
Хотя…
У него была дурная привычка — замедлять биение своего сердца при приближении к разумным, за исключением Алора. Дыхание и шаги у него и так были бесшумными, так что он на автомате просто приблизился к девушке, как к потенциальному противнику.
И теперь ругал себя за это.
— Я просто быстро уладил все свои вопросы и помчался обратно, боясь, что к своему возвращению увижу руины Драконьего Края, — решил пошутить Аран, чтобы хоть как-то разбить навалившуюся неловкость.
— Почему же?
Возмущению в голосе девушки не было предела, чего и добивался он, а потому Аран улыбнулся и не замедлил ответить.
— Тебя же просто невозможно оставить без присмотра — ты просто притягиваешь приключения на свою голову!
***
Кира застыла на утёсе, вглядываясь в даль.
Солнце медленно уходило за горизонт, ясное небо с практически застывшими на нём угловатыми, похожими на перья облачками, окрасилось во все оттенки крови, словно намекая о грядущих событиях.
Предчувствия девушку одолевали донельзя тревожные — ощущение надвигающейся «грозы» буквально замерло в воздухе, заставляя нервничать даже простых людей, без Дара, как у неё.
Обладатель глаз из её давнего сна после обсуждения какого-то важного вопроса с Королевой не появлялся на Кальдере Кей больше ни разу. Мала, конечно, потом рассказала своим воинам, о чём же там она говорила с Араном и его ученицей.
Атака на острова Охотников.
Идея была весьма и весьма интересной, однако, при всей воинственности Защитников Крыла, они никогда не решились бы на этот шаг, не имея за спиной чьей-либо серьёзной поддержки.
Так какая же сила находится во власти Арана, раз Королева всё-таки решилась?
Кира никогда не задумывалась об этом. Она знала, что Король Драконьего Края — вожак довольно большой стаи, по крайней мере, самой большой в этой части архипелага.
Но насколько на самом деле сильна его стая? Насколько он сам силен?
За те несколько лет, прошедших с того судьбоносного столкновения в лесу, девушка так ни разу и не увидела, чтобы парень сражался в полную силу. Казалось, даже Королева этого не видела.
А вот эта девчонка…
Она уже год всегда прилетала с Араном, молча стояла за его спиной и наблюдала, казалось, за вообще всеми живыми существами, находящимися рядом с ним.
На расстоянии арбалетного выстрела.
Парень представил девчонку, как свою Ученицу, и сказано это слово было с таким нажимом, с такими непонятными оттенками, что Кире пришлось несколько дней рыться в архивах в поисках любых упоминаний о Мастерах и их Учениках.
Результаты были совершенно противоречивыми, но все в один голос говорили об одном — Учитель для Ученика — почти что божество, высшая Воля и Власть. И его приказы не обсуждались, не подвергались сомнению или осмыслению — они просто выполнялись.
Эта связь между ними всегда была намного крепче даже кровной, между родителем и ребёнком.
А потому донельзя плавные, текучие движения Сатин, как называл девчонку Аран, словно подражавшие манере Фурий двигаться, говорили Кире о том, что перед ней был маленький хищник — и под чутким руководством своего Мастера, она вырастет в настоящую Фурию, заключённую в людское тело.
В общем, именно такими созданиями и были полумифические Стражи.
Но всё-таки Сатин невероятно бесила её — девчонка могла видеть своего Учителя постоянно, она могла стоять за его правым плечом.
И именно ей, наверняка, только ей он позволял видеть собственные слабости.
И собственную силу.
Нельзя ревновать того, кто тебе не принадлежит, это Кира прекрасно понимала.
Но чувство это можно было назвать только ревностью.
Или завистью.
И это было глупо — у неё не было и шанса.
Даже малейшего.
И, в конце-то концов, кто он, а кто она — Король великого народа и простая воительница.
Она Воин.
И не ей разводить все эти розовые сопли, мечты о доме, очаге, вышитых её рукою узорах на его одежде и милых детишках.
Она должна была думать о благе собственного острова.
Об исполнении Воли Королевы.
И всё равно, не думать об Аране не получалось — тот был чудо как хорош.
И привлекал внимание он собственной непохожестью на любого другого мужчину.
Он был ловким, быстрым и незаметным — это было ясно уже давно. Воистину, воплощённая в человеке Душа Фурии.
Он поражал своим спокойствием, своей уверенностью, своим бесстрашием.
И ощущением надёжности.
Такие, как он, — изящные, грациозные, обычно являлись жуткими хитрецами и интриганами — но только не Аран. Кира каким-то неведомым чувством ощущала, что тот не обманет своих союзников, не предаст их.
Кира привыкла доверять собственным чувствам.
И именно поэтому она, вздохнув, пошла точить меч — видит Небо, он ей скоро пригодится.
Девушка не ошиблась.
Луна уже давно всё освещала своим серебряным сиянием, и в этом свете всё казалось словно ненастоящим, сказочным и немного пугающим.
Загадочным.
Привыкшие к темноте глаза без особого труда заметили несколько чёрных силуэтов в дали.
