Тот единственный вопрос из тех, которые вообще могла задать Королева, на который он бы не нашёл ответа. Точнее, на который он бы никогда не ответил.
— Вы мне всё равно не поверите, — ухмыльнулся Аран.
— Что же… Я тебе действительно не верю. Но правдивость твоих слов проверят те, кого мы поклялись защищать. Ты предстанешь перед их судом, и если они тебя пощадят, то и мы отпустим.
Аран с насмешкой смотрел на этих людей. Он мог в любой миг позвать на помощь любого дракона, и они бы пришли, куда бы делись, коли брат Фурии зовет?
Впрочем, уповать только на помощь друга не стоило — выбираться надо было самому и Алора звать только в самом крайнем случае.
Юношу привели в какое-то помещение.
Это была… пещера?
Да, пещера, но с аккуратными, гладкими стенами и с огромным углублением посредине, неприятно напомнившим об олуховской Арене. По размеру эта «арена» была не меньше, вот только свет здесь был только от факелов, а потому люди видели бы только тьму в дальнем конце.
А в этой тени были несколько коридоров, уходящих, кажется, далеко в глубину горы.
Его вывели на середину этой Арены, и только когда воины её покинули, Королева заговорила.
— Ты утверждаешь, что не шпион Охотников на драконов. Вот пусть драконы и судят тебя, Странник.
Из тьмы коридоров послышалось клацанье зубов и стук когтей о каменный пол.
И биение пятнадцати сердец. Быстро бьются — драконы маленькие. И люди их боятся…
Аран сел в позу лотоса лицом к тёмному углу и закрыл глаза.
Я не угроза, — мысленно сказал Аран.
Во тьме вспыхнули алые глаза.
Впрочем, Аран всё равно не видел их — он уже прекрасно понял, какие именно драконы будут его судить.
Я не угроза, я друг.
Недоверие, насмешливость, усталость, злость… Только такие эмоции, исходящие от них, уловил Аран.
Стук когтей стремительно приблизился, юношу обдало ветром. А они продолжили кружить вокруг него, то приближаясь, то отдаляясь, то замирая…
Я друг.
Вдруг все драконы замерли на месте, получив на то приказ от своего вожака.
Аран открыл глаза, вспоминая ситуацию трёхгодичной давности — прохождение посвящения-испытания.
Юноша видел в алых глазах стоящего на расстоянии вытянутой руки от него вожака Хвостоколов собственное отражение с горящими в сумраке пещеры глазами и сузившимися зрачками.
Вспыхнула золотая нить новой связи. И по ней прилетела одна-единственная мысль.
Друг?
Юноша протянул руку и коснулся Хвостокола.
За спиной полыхнуло шоком от людей.
Аран усмехнулся.
***
Тагуш никогда не хвастался своими достижениями.
Втереться в доверие к вожаку какой-нибудь стаи — все хотели иметь в качестве козыря верную себе Фурию. Ликвидировать этого самого вожака, самому временно стать им. Напасть и разнести людское поселение. Защитить от нападения других драконов караван кораблей.
И многое, многое другое…
Для него это было работой.
Всё во имя мира и спокойствия, всё для родной Стаи, всё для Высшего Совета.
Это было нормально для любой Фурии, а особенно для тех, кто, живя далеко за пределами территории Старшей стаи или одной из Младших, подчинялся приказам Совета.
Вообще, четверть всех Фурий, якобы ушедшая из Стаи, жила за её пределами и, уже не обременённая нежелательным постоянным вниманием сородичей, выполняла приказы Высшего Совета.
Среди рядовых членов стаи это не разглашалось, а знавшие всегда молчали, но в давние времена провозглашённое невмешательство во внутренние дела других стай столь же давно нарушено.
Вообще, существование Старшей и Младших стай является тайной для драконов, не живущих в непосредственной близости от Гнёзд Фурий, хотя о них и ходили легенды, в которые, впрочем, мало кто верил. Конечно, к сохранению тайны собственного существования Фурии сами приложили руку — пусть все думают, что они невероятно редки, что они — одиночки.
Так безопаснее для Стаи.
Фурии давно уже, так как все поголовно являлись Стражами, не просто вмешивались в дела других стай — многими крупными гнёздами они прямо или косвенно управляли.
Иногда вмешивались и в дела людей, но, зачастую, делали это через Стражей-людей.
Люди-Стражи намного более редки, чем Фурии, а потому Полный Круг без какого-либо стеснения делал из большинства таких людей своих марионеток — всё ради Стаи.
Хотя изредка бывают исключения — когда сама Адэ’н берёт человека-Стража в ученики. Но так бывает крайне редко — несколько раз за последнее тысячелетие.
Обычно таких людей долго вычисляли, насильно забирали, стараясь успеть раньше Дневных, намерения которых оставались совершенно непонятны, и отдавали в монастырь Атин’Туур, где им устраивали качественную промывку мозгов и после которого они уже готовы на добровольной основе сотрудничать с Фуриями, смотрели на них, как на высших созданий и совершенно ни на что не способны, кроме как исполнять волю Совета.
Вот только откуда-то в гнезде появился мальчишка-Страж, пришедший сам.
Добровольно.
И смотревший на Высший Совет не со страхом, а с восхищением. Но не потому, что это были драконы, а потому, что он знал, на что эти Фурии были способны.
Но это не самое главное.
Фурия назвал этого человека братом.
Дракон признал его достойным.
