Непонятная тревога поселилась в сердце девушки, предчувствия буквально кричали о приближающемся нечто, а они её ещё ни разу не подвели. Правда, почти всегда это нечто едва ли было приятным и всегда сулило проблемы.
Вот и сейчас девушка лежала в постели, бездумно глядя в потолок и пытаясь усмирить взбесившуюся интуицию — всё после, потом, утром. А сейчас ей надо спать, ведь завтра она со своим отрядом отправляется патрулировать остров.
Девушка, поняв тщетность своих попыток, встала и медленно побрела к окну, уселась на подоконник.
Луна светила ярко, глаза, привыкшие к мраку ночи, видели почти так же хорошо, как и днём. Только тени — таинственные, мрачные и, казалось, почему-то печальные, заставляли сердце замереть.
В голову девушки приходили самые разные мысли.
Например, о том, что всё, что происходило — неправильно.
Она знала, что не походила на дев из селений других островов — только в паре-тройке племён викингов женщинам позволяли сражаться наравне с мужчинами, не смотря на девушек-воинов, как на убогих, хотя те могли запросто покрошить почти любого врага в капусту не хуже своих отцов и братьев.
На их острове бытие воином для девушки не восхвалялось, но и не запрещалось, в конце концов этим самым островом правила Королева. Девушка сама была вольна выбирать собственную судьбу. Но от этого становилось едва ли не горше — Кира никогда не хотела становиться воином на страже острова.
Девушка грезила о странствиях.
Но её, естественно, никто не спрашивал.
Родители Киры ждали сына, мечтали вырастить защитника острова, свою копию. Но когда на свет вместо долгожданного сына появилась дочь, они не расстроились. Они решили воспитать её так, чтобы она и была наследницей их дела.
Просчитались.
Кира в свои почти восемнадцать отлично владела мечом, секирой и луком, знала несколько языков, сражалась наравне с мужчинами, раз за разом побеждая на тренировках своего младшего брата, и с тайной тоской глядела в голубую даль…
Подруги иногда посмеивались над ней — зачем желать увидеть новые острова, когда собственный не до конца изучен?
Кира сама того не заметив, уснула.
Сон у девушки был тревожным, как и время перед ним. Картинки сменяли одна другую, цветная мешанина — запахи, звуки, вспыхни света… и зелёные, пронзительные глаза.
Таких глаз нет у людей — а на их острове почти все зеленоглазые — таких глаз нет у котов и драконов. Затаённая в глубине печаль, заставляющая дрожать в ужасе и восхищении, невероятная властность и крушащая народы Воля.
Это были глаза Лидера.
И они выворачивали душу наизнанку, крича о том, что им известны все самые сокровенные тайны.
И потому, проснувшись с первыми лучами, девушка долго бездумно смотрела в стену, пытаясь прийти в себя.
Подобные видения у неё уже бывали, но в далёком детстве…
И они всегда сбывались.
Так что же сулил ей этот новый день?
Всё было как в тумане для Киры, пока она не осознала себя стоящей под сенью леса в окружении готового к патрулированию своего участка отряда, вместе с которым и приступила к исполнению своих, собственно, прямых обязанностей.
Хотя до конца в себя она пришла, только уловив краем глаза незнакомый силуэт.
Чужак.
Остальные его тоже заметили и не нашли ничего умнее, чем последовать за ним — он мог быть шпионом Охотников. Столкновения с этими беспринципными тварями им точно не нужны.
Только не сейчас.
Кто он такой?
Не был похож ни на кого из ранее виденных Кирой чужеземцев — движения плавные, бесшумные, незнакомец походил на воду — он словно перетекал с места на место. Высокий, жилистый, одетый не как Охотники — вместо обычной для них жилетки из драконьей кожи была кольчуга из какого-то чёрного металла. Вместо шлема — скрывающий в своей тени часть лица капюшон.
Как он сюда попал?
На корабле?
Надо будет послать ещё один отряд — прочесать побережье.
Вдруг странное узнавание пробило Киру — она замерла. Она где-то его уже видела. Давно. В детстве? Нет, она бы запомнила его имя, таких не забывают…
Во сне?
Точно! Во сне!
И Кира решилась.
Дав знак воинам, она выстрелила из специальной трубки дротиком — его игла была пропитана соком особого растения. Даже капелька, попавшая в кровь, заставляет человека потерять сознание, однако это совершенно безвредно для здоровья и разума жертвы.
Вот только чужак неведомым образом увернулся, на ходу доставая из ножен меч, всем своим видом говоря о том, что был готов сражаться.
Он оглядел её и отряд.
Очень необычная внешность — противоречивая. Движения опытного воина и молодое лицо, эта же юность и седые пряди на висках… Странная косичка у правого уха…
И глаза.
Они были в тени капюшона, но словно светились. Пронзительные, зелёные, нечеловеческие…
— Да кто вы вообще такие? — прошипел он на драконий манер и оскалился, демонстрируя слишком длинные для человека клыки.
Что это вообще за тварь?
А вопрос сбил с толку. Чужак не знал, куда он попал? Так ли он враждебен в этом случае? Или всё-таки он притворяется?
Кире захотелось задать тот же вопрос незнакомцу.
— Стоять, чужак! — крикнул кто-то из отряда, девушка не сумела разобрать кто именно.
— Стою.
