— Может, действительно… — у Брайена зашевелилось сомнение.
— Фигня! Черный Круг дает полный доступ к личности покойного, заклинатель получает исчерпывающее описание чужой жизни (я знаю, я в этом участвовал). Но организовать ритуал они решили только после того, как убили десятерых детей и ничего не выяснили. Не спорь, я по датам вижу, что так и было! Черным они, видите ли, не верят, а убийцам маленьких девочек — пожалуйста!
Это было обиднее всего. Я за свою жизнь практически никого не убил (по крайней мере — сознательно), а эти типы спланировали настоящую бойню и — ничего! Более того, наше драгоценное правительство (набить бы его коллективную рожу) все это санкционировало. Обучить некроманта, видите ли, было не комильфо, а детишек потрошить — запросто.
Ладно, Шорох с ними, с покойниками. Как бы самому теперь под раздачу не попасть…
— Что же теперь делать? — медленно возвращался к реальности шеф.
— А что такого? За Шороха мы не в ответе. А что до отвращающих знаков, то я периметр новый сделать хотел, по границам поместья. Как раз все Печати разместил, осталось здесь погасить, а там — инициировать, сегодня и хотел этим заняться. Вот и погасил.
— Разве так делают?
— А как делают? Создание периметра в периметре на порядок усложняет ритуал, у кого хочешь спроси!
— И Печати точно есть?
— Хочешь — покажу?
— Не надо, я же как раз и приехал затем, чтобы проконтролировать. На то, что они здесь появятся, мы никак не рассчитывали.
— Тем более что один из них был черным, — поддержал я намечающийся заговор.
Мистер Брайен серьезно кивнул.
— Какая нелепая случайность! Такое может произойти и с лучшими из нас.
— Аминь!
Шеф недрогнувшей рукой поставил чашку на стол и поехал вызывать труповозку. Бригада из НЗАМИПС приехала только утром, естественно, от пола в гостиной к тому времени осталось одно воспоминание.
Денег на замену половиц мне никто не предложил.
«Ничто очень-очень хорошее или очень-очень плохое не длится очень-очень долго» — древняя мудрость. «Если тебе кажется, что все закончилось, ты — покойник» —
Путь к признанию миром моей исключительной гениальности начался прозаически — с интенсивной переписки и заказа тысячи мелочей. Признаюсь, до встречи с Гийомом я колебался — не хотелось оказаться персонажем книжки про безумного алхимика, решившего осчастливить человечество конструкцией из медных котелков и пропеллеров, собранной в дровяном сарае. Но, если уж белый маг сумел овладеть некромантией, то черному решить проблемы дурацких бактерий — раз плюнуть. Ради великого дела пришлось купить дом удавленника целиком, благо запросили за него сущие гроши — после трех смертей там согласился бы жить только сумасшедший (ну, или черный маг).
Кстати, половицы в гостиной я менял сам, в смысле — с молотком в руках, плотники к ним даже прикасаться не хотели, хорошо, хоть материал согласились привезти. Интересно, что скажет Йохан, когда узнает о причинах ремонта?
Вместе с моими компаньонами по новому проекту в Суэссон приехал Четвертушка.
— Ты-то чего сюда приперся? Ты же, вроде, автомобилями заняться хотел.
Вид здешних грузовиков способен был вызвать у алхимика инфаркт.
— Не пошло, — дернул плечом Рон и понизил голос, — ты только никому не говори, хорошо? Помнишь, я с родичами поругался?
— Ну и что?
— Мне недавно шепнули, что мамаша меня хочет умалишенным объявить.
— Да ну, ерунда какая! Ты дядьке своему сказал?
— Сказал. Он посоветовал мне исчезнуть на время. У моей маман специфические знакомства среди целителей, так что, может и получиться. Потом всю жизнь буду доказывать, что не псих.
— М-да, — оказывается, мои родственники — еще не самый худший вариант. — Но место ты все равно выбрал неудачное.
— Боишься конкуренции? — прищурился Рон.
— Ни разу! У меня тут уже репутация, клиенты.
— Ну-ну. За патент не беспокойся — я все сделал. Кстати, камуфляжем военные интересуются.
Большой дом сразу стал шумным и тесным. Первые три дня путешественники просто приходили в себя и делились со мной (!) впечатлениями от поездки. Я им что, эмпат-исповедник? Четвертушка прикалывался над обилием пересадок (к слову, мне пришлось делать на одну больше), Полак возмущался отсутствием сервиса (он просто никогда не возил в багаже мотоцикл). Что до Йохана, то его повергли в шок сложные перемещения, я даже не уверен, что при необходимости он смог бы найти дорогу назад. Белый притащил с собой кучу бидонов и аквариумов и до сих пор не осознавал своего счастья — ничто не потырили и не разбили.
А по вечерам Полак слушал музыку на моем граммофоне.
