Принцесса резко развернулась, гордо вскинув подбородок, и сверкнула на меня взглядом, словно пума, которую отвлекли перед прыжком на добычу.
– Ты из какой дыры отрыгнулся, скудоумок полосатый? Дети сначала узна
– Не сомневаюсь, но в этот твой круг общения я совсем не вхож, – парировал я.
Ноздри принцессы расширились, глаза потемнели, стали твёрдыми, как малахитовые блюдца, и в них засветилась россыпь острых золотых искр. Такая реакция показалась мне очень недобрым знаком, и я сразу пошел на мировую:
– Не вели казнить, вели слово молвить, прекрасная незнакомка! Сами мы не местные, обычаев ваших не знаем, нравов не ведаем. Будь добра, соблаговоли представиться.
Искры перестали разгораться и немного отступили в протаявшую глубину.
– Твоими бы ушами навоз из коровника выгребать, а не имя моё выслушивать! Я Дочь Крови, Первая Наследница Королевства, принцесса Лелея Обломская.
– Приятно познакомиться, принцесса Лея. А меня мо… Стоп. Если ты Обломская, то как называется Королевство?
– Тебя на слепой вороне сюда занесло? Как это не знать, где находишься? Это Королевство Облом.
– Облом? – недоуменно повторил я.
– Похоже, что навоз ушами ты уже выгребал, и половина в них осталась. Или в детстве корова на голову села?
– Ладно, проехали. Так вот, меня можешь называть «господин демон».
Принцесса сморщила носик.
– «Демон»… это имя, поклик
– Или, – невозмутимо ответил я.
– Ты – демон?! – блеснула принцесса жемчужным рядом зубов. – Да из тебя демон, как из хромого осла боевой конь!
– А тебя что не устраивает? – мне даже стало немного обидно. – Тебе нужен с когтями, чешуёй и обязательно человекоядный? Так у вас тут демонов представляют?
– Воображай себя кем угодно, только индюка мне за павлина не выдавай. Откуда тут взяться демону?
– Вызвали тебя спасать. Видишь, даже успехи есть. Только я немного потерялся, расскажи, где мы и как здесь оказались.
– Ты не демон, ты чепурыло драный! – вдруг взорвалась принцесса, яростно сверкая глазами. – Я только чары приготовила, как ты влез со своей табуреткой! Вся сила впустую ушла! Спасать он меня вздумал! Лучше бы пошел с этой табуреткой и повесился в ближайшем сортире!
– Ну, мне-то откуда было знать… – смутился я. – По тебе сразу не скажешь, что ты ведьма…
– Конечно, я… ВЕДЬМА??? – завопила она, наступая на меня. – Я чародейка, лучшая ученица Всепремудрого Наставника-чародея!
На всякий случай я встал, чтобы иметь свободу манёвра. Не то, чтоб я сильно опасался ситуаций, когда девушка заваливает меня в кровать, но сейчас подобного развития событий лучше было избежать.
– Так вроде его лучшая ученица – Элейн… – выдал я один из самых сомнительных, с точки зрения примирения, тезисов и сразу прикусил язык, который иногда действует у меня самостоятельно и преимущественно в роли провокатора.
– Элейн?! Да как может эта тощая старая дева быть его лучшей ученицей?! Да она же… Эй, ты знаешь Элейн?
– И твоего премудрого Наставника тоже, – кивнул я. – Мне доводилось их спасать… пару раз.
– Это значит, что они сейчас свободны? – недоверчиво спросила Лея.
– Были свободны, когда мы… разделились. – При воспоминании о причине и последствиях «разделения» я поморщился и невольно коснулся ещё ноющего от встречи с жёстким полом бока. – Кстати, дело было в том крыле, куда мы пришли спасать тебя.
– Чем доказать можешь? – прищурилась принцесса.
– Ты забыла там свою заколку. Она у меня. – Сунув руку в карман, я нащупал теплый, нагретый телом металл и вдохновляюще крупные выступы камней. Золото с бриллиантами. – Ох, извини, наверное, я её потерял во всей этой суматохе.
– Да, была заколка, только я её не забывала. Её отобрали, потому что это амулет. – Лея села на кровать и посмотрела на меня с подозрительным прищуром. – А я всё не могла понять, чем это от тебя магическим несёт.
– Да я и сам по себе парень непростой, – не смутился я и в сомнении покрутил пальцами заколку в кармане. – Кстати, будь у тебя сейчас этот амулет, смогла бы нас вытащить?
– Ты не парень непростой, ты дятел тупой, который нефритовую колонну с ёлкой перепутал. Мы в Беспопытной Сдержне, тут чары не работают. Иди, побейся лбом о решетку, вдруг мозги на место встанут.
Такая её манера общения изрядно выбешивала.
– Начинаю понимать, почему Зэк так морщился при упоминании о вашей скорой свадьбе.
– Этот самовлюблённый франт с вечно кислой рожей ещё и морщиться умеет? Он всю жизнь считает, что ему все должны, будто емуданскому занимале. Да вертела я его на алебарде! – Принцесса сузила глаза и уставилась на меня как следователь на допросе. – А вы что же это с ним о нашей свадьбе карамельки языком катали?
– В челюсть я ему накатал, так что долго не до карамелек будет. А вообще мне ваши местные разборки не интересны. Вот сдам тебя на руки чародею, и адьёс, амигос! Разбирайтесь тут со своими мятежами, сколько влезет.
