• Что происходило у ваших друзей?
• Что происходило с вашим здоровьем?
• Что происходило в вашем организме?
• Что еще происходило в вашей жизни в то время?
Когда запишете все, что вспомнили, перечитайте свои записи. Оставьте рядом место на случай, если вспомните что-то еще. Чуть позже мы простучим то, что вы записали, а пока посмотрим, как эмоциональное состояние может сказываться на способности организма восстанавливаться после физических событий и какой вклад события вносят в физическую боль.
Когда я в первый раз попросил Николь поднять правую руку, она заколебалась, но потом попробовала. Как только рука отошла от бока на несколько сантиметров, Николь поморщилась и опустила ее.
– Оно заморожено, – сказала она, имея в виду свое правое плечо, которое болело уже третий год с тех пор, как она повредила его во время монотонной работы на высоте. Вспоминая то время, она говорила: «Я фактически загоняла себя в гроб работой». С тех пор больное плечо сильно ограничивало ее. «Бывают такие дни, когда я могу только лежать», – тихо и грустно сказала она. Она перенесла две операции на плече, но так и не добилась избавления от боли и подвижности, которых так отчаянно жаждала.
Николь вызвалась выйти на сцену и рассказать свою историю на семинаре в Мельбурне, Австралия. Когда я спросил, насколько сильно у нее болит плечо, она ответила: «На семь из десяти» и добавила, что у нее есть еще и неврологическая боль, которая расходится от шеи вниз.
Мы начали с общего таппинга, простукивая «всю эту боль в моем теле». После нескольких раундов боль внезапно вспыхнула, а затем перешла в подмышку. Николь сказала, что теперь боль стала слабее – на шесть из десяти. Я снова попросил ее поднять руку, и ей удалось поднять ее на пару сантиметров выше, чем всего несколько минут назад.
Теперь, когда Николь немного расслабилась, я спросил, какая эмоция была у нее в плече.
– Наверное, беспокойство…
– Беспокойство о чем?
– О боли и о том, что у меня так долго болит плечо и я не вижу света в конце тоннеля. Я просто хочу, чтобы боль прошла и я получила свою жизнь назад.
Тогда мы стали простукивать «все это беспокойство в моем плече», «это замороженное плечо» и «весь этот страх и тревогу, что боль не уйдет». После нескольких раундов я спросил, что изменилось. Николь улыбнулась:
– Немного покалывает.
Потом она подняла руки – еще сантиметров на пять выше, чем в прошлый раз.
– Все еще больно, – сказала она, – но в моей руке движется энергия. Я это чувствую.
Боль ослабла еще на балл – до пяти из десяти. Плечо у Николь по-прежнему не прошло, но лицо светилось радостным возбуждением.
Затем я попросил ее постукивать по точкам, одновременно рассказывая историю о том, что происходило тогда, когда она повредила плечо, обращая особое внимание на эмоции, а также образы, запахи, звуки и цвета того времени. Это метод фильма, которому мы научились во второй главе: он прекрасно помогает поднимать и переживать прошлые воспоминания и эмоции. Идея в том, чтобы постукивать и одновременно говорить: таким образом можно наладить контакт с невыплеснутой энергией, травмой и эмоциями того периода. Прочувствовав и проговорив их в процессе таппинга, вы освобождаетесь от них.
Еще не начав говорить, Николь тихонько заплакала. Постукивая по точкам, она рассказала, что до травмы работала стюардессой на круизном лайнере – она всегда мечтала об этой работе. Но ее мать заболела, и ей пришлось уволиться и перейти на случайные и сверхурочные работы. Потом у ее матери развилось слабоумие, и Николь пришлось совмещать уход за ней с напряженной работой.
– Это было очень эмоциональное и стрессовое время, – объяснила она. – Никто не помогал мне, мне пришлось ухаживать за мамой, в то время как я мучилась от боли, и работать сверхурочно… Мне становится лучше, когда я просто говорю об этом.
Мы начали простукивать травму, которую она тогда получила и которая так и осталась в ее замороженном плече. После всего одного раунда Николь сказала, что у нее разгорелся весь правый бок.
– Это больно, – сказала она, – но что-то меняется.
Потом она подняла руку еще выше – еще на пару сантиметров выше, чем в прошлый раз. Она улыбнулась и рассмеялась: восторг вскружил ей голову.
Боль все еще оставалась на уровне пяти из десяти, и я понял, что пора копнуть глубже.
– С чем на самом деле связана твоя боль и замороженное плечо? – спросил я. – Какое эмоциональное значение имеет эта боль и это замороженное плечо?
Николь тяжело сглотнула и рассказала, что ее мать и семья причинили ей немало страданий:
– Когда я ухаживала за мамой, мне совсем никто не помогал.
Я спросил ее, что она теперь думает о своей семье и о том, что никто из них ничем ей не помог, когда ее мать была больна.
– Я всех простила, – быстро ответила она.
– А твое плечо их простило?
Она засмеялась:
– Не знаю.
