- Пойдемте, я хочу посмотреть комнату, - настойчиво сказал он. - Это займет одну минуту, заодно я оставлю чемоданчик.
Мэри слегка заколебалась. Ее бледное лицо казалось усталым, затем на нем появилось выражение решимости, и она пошла, уступая крепкому пожатию его руки, взявшей ее за локоть. В первый раз за этот день он прикоснулся к ней.
Комната оказалась небольшой, очень опрятной и светлой. За окном внизу виднелся кусочек залитой ярким солнцем улицы. По холодному ясному небу быстро неслись облака; внизу, на улице, царило беспрерывное движение. Коридорный вышел; Мэри стояла у двери, следя глазами за Эриком. Он положил чемоданчик на стул - и больше, в сущности, делать тут было нечего. Но ему не хотелось уходить и одинаково не хотелось оставаться с Мэри с глазу на глаз.
- Вы готовы? - тихо спросила она.
- Одну минутку. Славная комната, не правда ли?
- Да, ничего. Вы готовы?
- В чем дело, Мэри?
- Ни в чем.
- Вы как будто сердитесь.
- Вовсе нет. Чего ради я буду сердиться?
- Тогда почему же вы все-таки сердитесь?
- Ах, Эрик, - с тоской сказала Мэри. Она сняла шляпу и, сев на кровать, подняла на него глаза.
- Скажите, - спросила она, - зачем вы приехали в Чикаго?
- Ради бога, Мэри!.. - он отвернулся к окну. - Я никогда не думал...
- Ладно, Эрик. - Она встала. - Я не собираюсь вас домогаться.
- Не надо так, Мэри! Если я выгляжу дураком, то еще большим дураком себя чувствую. Я приехал потому, что хотел вас видеть.
- Ну, так вот я, смотрите, - сказала она со злостью.
Эрика больно задел ее тон.
- Мне очень приятно вас видеть.
- И это все? - тихо и настойчиво спросила она.
- Это все, - мягко сказал он. - Черт возьми, Мэри, вы же знали, что я женат.
- А вы разве этого не знали? - она повернулась к зеркалу и надела шляпу.
- О, Мэри... - Он подошел к ней сзади и положил ей руки на плечи.
Она резко высвободилась.
- Не надо.
- Пойдемте отсюда. Я куплю Сабине то, что она просила. Потом вместе пообедаем, а вечером куда-нибудь пойдем.
- Нет, - сказала она. - Вечером я буду занята.
- Вы лжете, - спокойно ответил он.
- Предположим. - Она круто обернулась и взглянула ему в лицо. - Вы думаете, что все это мне нравится? По-вашему, мне приятно, что вы думаете, будто я стараюсь вас соблазнить? Да как вы смеете!.. - голос ее оборвался, а на глазах выступили слезы. Она махнула рукой. - Ах, да к чему все это! Послушайте, вы очень милый мальчик, но...
- Мэри, Мэри! Мэри, милая... - Он сел на кровать и притянул ее к себе. Она прислонилась к нему и казалась совсем маленькой в его объятиях. Сердце его глухо стучало.
- Ох, Эрик, - прошептала она, - мне так жаль...
- Мне тоже, Мэри. Если это потому, что я боюсь, то пусть будет так - я боюсь. Не могу найти другого объяснения.
- Вам незачем объяснять. - Она поднялась. И как только она отдалилась от него, ему захотелось ее вернуть. Через мгновение он уже говорил себе, что теперь точно знает, от чего ему приходится отказываться. Мэри славная, умная девушка. Только и всего, говорил он себе, и это - все, от чего он отказывается.
- Может, мы с вами сейчас пойдем в город? - спросил он.
- Нет. Я уже сказала, что иду домой. И больше мы не увидимся.
- Неужели мы не встретимся еще раз?
- Зачем?
- Чтобы поговорить.
- Что ж, может быть, - сказала она.
Она бросила последний взгляд в зеркало и, превосходно владея собой, направилась к двери. Когда она выходила, он вдруг увидел ее такой, как тогда, в Колумбийском университете, когда они впервые встретились. Но в тот раз на него прежде всего произвели впечатление ее застенчивость и смирение перед ним. Теперь застенчивость уступила место какому-то кроткому упорству, а от смирения не осталось и следа. Задержавшись в дверях, Мэри взглянула на него, как на незнакомого человека. Через секунду он остался один. Еще через секунду он начал тосковать по ней, и все началось сначала. Разница была только в том, что Мэри уже с ним не было.
Эрик чувствовал себя мучительно одиноким и униженным. Никогда он не думал, что можно испытывать такой глубокий стыд.
Он нашел в телефонной книжке ее номер и позвонил, но ему никто не ответил. Он сошел вниз, сразу купил все, что просила Сабина, и вернулся к себе.
Часов около семи Мэри, наконец, подошла к телефону.
- Нет, Эрик, сегодня вечером мы не увидимся. Я же сказала вам, что не могу.
- У вас свидание?
- Да, что-то вроде этого.
- С мужчиной?
- Почему вас это интересует?
- Просто хочу знать, вот и все.
- Нет. Это не то, что вы думаете. Это просто мои друзья. Муж и жена.
- А завтра я вас увижу?
- Нет, - твердо сказала она. - Нет.
- Можно вам писать?
Она долго колебалась. Наконец она устало произнесла:
- Хорошо, Эрик, пишите.
Он не написал ей, и прошел почти год, прежде чем они снова увиделись.
Вернувшись в Энн-Арбор, Эрик застал Сабину в волнении: вскоре после его отъезда Траскер получил ответ от Ригана.
- Мне так хотелось поскорее сообщить тебе приятную новость. Где же ты останавливался? И почему не позвонил по телефону? Я даже беспокоилась.
