Какие только типажи не появлялись в деловой жизни города в этот период. И бывший советник мэра, со своим безволосым, безбровым помощником. Помощник обычно ничего не говорил, в его взгляде читалось: «убить тебя сейчас или чуть позже?». Советник гордился славным прошлым, когда первые деньги зарабатывались киданием лошков на автомобильных рынках. И некто «двуручник», стрелок по-македонски с двух рук. Его потом отстрелили среди бела дня в его же собственном ресторане «Тихая жизнь» (какое название!) рядом с милицейским общежитием на Энергетиков. И дагестанцы, и чеченцы. Появлялись и совсем неизвестные: «Владимир Сергеевич будут недовольны, что вы арендовали помещение рядом с аркой Главного штаба». «Так решайте вопрос в КУГИ. Договор с ними заключен». Рядом с нами – офис лидера ассирийцев (есть такая национальность; ассирийцы женятся только на своих, интересно, где они их берут?). Раньше ассирийцы держали в городе все сапожное дело. Теперь они – авторитетная группировка. Связаны с московскими блатными, со знаменитым дедом Хасаном. По-соседски не трогают нас. В том же дворе – обменный пункт самого известного в городе валютчика. Валюту в пункте продавали, но мало. Пункт был прикрытием для оптовых операций с валютой на «железке», районе на Рубинштейна вблизи Пяти углов. В этот обменник часто приезжали проверяющие органы, милиция. Пункт закрывали, но он неизменно вновь открывался. Со временем валютчик уехал куда-то в Сибирь. Заниматься валютой в те годы было очень выгодно. Одно из отделений известной сейчас строительной фирмы постоянно возило валюту, купленную в Санкт-Петербурге, на Север, где ее можно было продать дороже.
Московское руководство прислало мне лихого джигита среднего возраста – «решать вопросы безопасности», так они сказали. Раньше работал в гэбэшном комитете у Дудаева. Переехал с семьей в Петербург. Только этого мне и не хватало. Я и без него решаю вопросы безопасности. Еще один бездельник и еще один начальник на мою голову. «Зачем тебе эти группировки, крышевание, борьба с местными авторитетами? – сказал я ему. – Ты – солидный мужик. Офицер. Жена – учитель русского языка, двое детей. Ты хочешь пустить здесь корни? Иди на хозяйственную работу. А потом подберешь себе какую-нибудь административную должность». Собеседник услышал мои слова. Не сразу, конечно, но услышал. Работал некоторое время в коммерции. Сейчас – в представительстве Президента Чечни в нашем городе.
Как-то в офис без предупреждения пришел незнакомый кавказец, представился полевым командиром. Хотел, чтобы я на них, кавказцев, работал. Угрожал забрать жену и сына. Потом оказалось, что он – дядя моего знакомого Икрама. Подставка такая. Как-то удалось выкрутиться. Можно сказать, пронесло. Но сколько переживаний это мне стоило. Всякое бывало.
Наслышаны мы были и о братьях Щ. – очень серьезные ребята. И об их деловом партнере Юрии С. Подобно многим партработникам, завотделом Ленинградского горкома комсомола и инструктор Ленинградского горкома партии шустрый Юрий С. быстро вписался в околобандитскую рыночную экономику. На братьев Щ. и Юрия С. работала группа квалифицированных юристов. Помогали братьям заключать договоры аренды и субаренды с владельцами и арендаторами помещений на Невском проспекте. Договоры составлялись так, что очень скоро их партнеры теряли права на свое или арендованное имущество. Таким образом фирме братьев Щ. и Юрия С. удалось взять под контроль половину Невского проспекта. Они с удовольствием показывали всем свою галерею бутиков. Киллеры достали на Кипре бывшего партработника и одного из братьев. Я мог бы назвать еще два десятка громких имен – не думаю, что следует гордиться знанием этих имен. Но из песни слова не выкинешь.
