— Что мне передать Михаилу Юрьевичу?
— Скажи… — он запнулся, и Анна перевела взгляд на дверь, чтобы не видеть муку на родном лице. — Я не имею права рисковать столь многим… даже ради чьей-то жизни. Он сам сказал, я владелец последнего в нашей стране конструкторского бюро.
— Ты не построишь больше ни одного самолета, отец… — прошептала Анна сдавленно.
— Не правда! Я был последним, кто служил своей стране! Если бы они держали свои обещания!.. Королеву все равно кого подставлять, он думает только о своей выгоде! Я рад, что ты увольняешься, и мы не будем иметь ничего общего ни с ним, ни с LPI!
— Три года назад ты гордился тем, что меня взяли в LPI, отец. Ты восхищался им! Когда мы ехали сюда, у меня не было сомнений, что ты поможешь.
— Да с чего я должен ему помогать, Аня? Что такого он сделал? Выплатил кредит бюро? Так мы по-прежнему должны! Почему он это сделал? Подожди, Аня! Ты приедешь к ужину?
— Нет, пап, — Анна шла к двери.
— Почему нет? Во сколько ты будешь?
— Я не знаю, нужно отрепетировать аукцион.
— Аня…
Голос отца заставил Анну остановиться.
— Ты же не собираешься оставаться у Королева? Ты компрометируешь себя! Мало, что Игорек тебя выгнал? Мало, что вся сеть пестрит вашими фото? Ты хочешь стать следующей, когда они уберут его? Хочешь подставить свою семью? Дело отца?
— Нет, пап, я не хочу этого.
— Ты объяснишь ему? — голос конструктора неуловимо изменился, требовательные ноты сменились еле уловимой мольбой. Анна обернулась, чтобы взглянуть на родителя.
— Ему не нужны объяснения, пап.
— Это высокомерие! Требовать что-то сделать, и не выслушивать никаких объяснений!
— Он не требовал, он просил.
— Да какая разница!? Такие люди даже когда просят — требуют!
— Какие люди, пап?
— Такие, как он!
— Какие именно?
— Все эти шишки, бонзы, богачи!
Анна вышла за дверь и быстрым уверенным шагом пересекла ангар. Остановившись у двери, девушка обернулась и замерла, перебегая взглядом по укрытым чехлами любимым силуэтам. Когда внешняя дверь открылась, и в лицо ударил свет и ветер, Анна на мгновение зажмурилась и отвернула лицо. Уже через мгновение она встретилась взглядом с президентом LPI. Он стоял вполоборота, засунув руки в карманы и разговаривая с кем-то невидимым. Анне захотелось провалиться сквозь землю.
Когда он направился к ней, девушка вышла из ангара и опустила голову.
— Довезешь меня до офиса? — в понимающем голосе Михаила слышалась улыбка.
— Я хотела бы побыть одна.
— Я знаю, Ань, — Михаил подбадривающее прикоснулся к ее плечу, — именно поэтому прошу меня подбросить.
— Вы даже когда просите — требуете? — спросила Анна с вызовом, направляясь к своей машине.
Михаил не обернулся, с тоской разглядывая ее следы на снегу и слушая, как заводится и уезжает ее машина.
— Михаил Юрьевич, вы простынете еще больше.
Михаил обернулся к Васе и беззлобно усмехнулся:
— Постоянно забываю, что Гриша определил ко мне няньку дочки Джоффри, вместо телохранителя.
— Ну, зачем вы так, — потупился Вася, отходя к машине и открывая дверку.
Михаил послушно забрался в салон и глубоко вздохнул.
— Да, Джоффри, все как вы говорили, — сказал он директору Foodstuff Synthesizing. — И да, простите меня, пожалуйста. Нет, хватит с вас одного извинения. Мне все еще нужен транспорт… У меня нет на это времени, нужно вывезти мать. Хорошо, спасибо… Гриш, что у вас?.. Угу… то есть в любом случае окна и вентиляция? Ну и как я должен жить без канализации?.. А в офисе?.. Хорошо, делай, что считаешь нужным. Приставь охрану Гороян и пусть не светятся… Ну, и ей тоже… Нет, им не надо. Да, жду… Марк, поговори с ней сам, прошу тебя. Мы сэкономим уйму времени на спорах… И сколько нужно ткани, чтобы он работал? Столько можно вырезать прямо из руки, вместе с чипом, и подключить все вместе к соте? Вот пусть так и делают. Ну, а что делать, если склада больше нет, Марк? Придется так. И… Марк! Подожди. Если ребята все равно подъедут в офис, пусть дождутся меня, я так и не доехал до клиники. Пока.
Михаил уже подъезжал к офису, когда Григорий затребовал связь.
— Гриш, я скоро буду в офисе.
— Миш, я недалеко от особняка Ларисы Сергеевны, это не было покушением.
— В смысле?
— Ты не поверишь, я пришлю тебе отчет в течение часа, но пока можешь успокоить мать и успокоиться сам.
— А Катя? Она мертва! А сигнализация?
— Дождись отчета. И кстати результаты расследования взрыва в метро у тебя в срочных.
— Хорошо.
Глядя на обработанную и помеченную запись с камер наблюдения в вагоне метро, Михаил увидел то, что не мог заметить раньше: и указание на возможную статику, образовавшуюся при трении шерстяной шали о мех шубки дамы, сидевшей перед техником; и капающую на нее вязкую жидкость из-за пазухи живого проекта. За прошедшие дни были собраны и отработаны данные со всех камер и сканеров, расположенных по пути следования техника. Михаил знал, что рано или поздно узнает номер его чипа и арендатора, но никак не подозревал, что взорвавшийся в метро техник окажется штатным сотрудником правоохранительных органов.
