— Внешне никаких указаний на что-то подобное.
— Время смерти определили? — спросил Рос.
— Ориентировочно, основываясь на температуре печени, внешней температуре, смерть наступила вчера в промежутке между шестнадцатью сорока пятью и восемнадцатью часами. Возможно, коронеру удастся определить время точнее.
— Вы проверяли последний набранный номер? — спросил Рос.
Рейд в очередной раз отрицательно покачал головой.
— Мне хватило трупа. Я подумал, что вы сами проверите.
Рос отправился к столику у входной двери. Он натянул латексные перчатки, поднял трубку телефона и нажал на кнопку повтора набора номера.
Миллер услышал, как он обменялся с кем-то несколькими фразами, повесил трубку и вернулся в кухню.
— Пиццерия, — сообщил Рос. — Записал название и адрес.
— Хорошо, — сказал Миллер. — Мы обойдем соседние дома, зайдем в библиотеку, в магазин, потом поедем в пиццерию. Сколько вам понадобится времени, чтобы закончить здесь?
Рейд пожал плечами.
— Я еще на втором этаже не все сделал. Обработал тело, упаковал для коронера. Мне весь этаж нужно обработать. Это займет определенное время.
— Мы зайдем позже, — сказал Миллер.
— Думаю, мне понадобится весь остаток дня, — прикинул Рейд. — Я ведь остался здесь один.
Рейд оставил их в кухне и пошел на второй этаж. Рос открыл пакет из магазина: французский хлеб, двести граммов нормандского бри, кусочек несоленого сливочного масла. Все осталось нетронутым. Датой выпечки хлеба значилось одиннадцатое ноября, как и говорил Рейд. «Свежая выпечка каждый день. Без консервантов. Рекомендуется употреблять в день изготовления» — было написано на пакете. Это заставило Миллера улыбнуться. И Роса тоже. Однако потом Миллер вспомнил, как выглядела Кэтрин Шеридан, когда ее обнаружили, цвет ее кожи, заостренные черты лица… Подобная картинка могла на несколько дней отбить желание улыбаться.
Рос записал адрес магазина, где были куплены продукты. Они вместе вышли через дверь в кухне, пересекли задний дворик и оказались на тротуаре.
Миллеру оставалось только гадать, о чем могла думать Кэтрин Шеридан. На данный момент ему приходилось довольствоваться лишь знанием того, куда она ходила в субботу утром и зачем. Они снова обошли улицу, на которой стоял дом Кэтрин. Поговорили с соседями, которых не было дома прошлым вечером. Ничего нового узнать не удалось. Дом по правую сторону от особняка Шеридан, по всей видимости, пустовал. Они не смогли определить этого накануне, но сейчас Рос обошел его и, приложив ладони к оконному стеклу, заглянул внутрь. Мебель была обтянута чехлами, повсюду царили тишина и покой. Сосед, живший в доме слева, еще не успел вернуться домой.
Они поехали в библиотеку Карнеги.
— Обычно по воскресеньям мы закрыты, — сообщила им библиотекарь.
Ее звали Джулия Гибб, и выглядела она как библиотекарь. Говорила она тоже как настоящий представитель своей профессии — тихим голосом, поглядывая поверх очков.
— Сегодня мы открылись из-за Дня ветеранов. Вчера мы работали только до полудня и сегодня тоже открыты до полудня, чтобы компенсировать вчерашние полдня. — Она сделала паузу и добавила: — Вы по поводу Кэтрин Шеридан, не так ли? — Она протянула руку под стойку и вытянула экземпляр «Вашингтон пост». — Я не знаю, что сказать. Это ужасно, ужасно!
Миллер задавал вопросы, Рос записывал. Джулия Гибб не была близко знакома с Кэтрин Шеридан. Как и с любым другим посетителем. Она не заметила в ее поведении ничего необычного, не считая того, что Кэтрин вернула книги, но новых не взяла.
— Я все пытаюсь припомнить, говорила ли я ей что-нибудь вчера, — призналась Джулия. — Не припоминаю, чтобы я проронила хоть слово.
— Какие книги она вернула? — спросил Миллер.
— Я записала, — сказала Джулия Гибб. — Я знаю, что это не очень важно, но я подумала, что кому-то это будет интересно.
Она протянула им листок. Рос взял его, пробежал глазами по названиям: «О мышах и людях» и «К востоку от Эдема» Стейнбека, «Илиада» Гомера, еще пара названий, которые не были ему знакомы.
— Во сколько она пришла?
— Довольно рано, возможно, без четверти десять, где-то так. Я помню, ведь мы были открыты недолго.
— Вы видели ее, когда она уходила?
— Ну, я была с другим клиентом и услышала, как хлопнула дверь. Я подняла взгляд, но не увидела, кто это был. Я решила, что это Кэтрин Шеридан, поскольку, когда я закончила с клиентом и он ушел, то обнаружила, что осталась в библиотеке одна.
Миллер кивнул и посмотрел на Роса. Тот покачал головой. У него больше не было вопросов.
— Сегодня мы на этом закончим, — сказал Миллер. — Спасибо за помощь, мисс Гибб.
— Пожалуйста, — ответила она. — Такая трагедия, правда? Какой ужас!
— Вы правы, — сухо ответил он и посмотрел на клочок бумаги с названиями книг, прежде чем засунуть его в карман пальто.
