Я приблизилась к городу с потушенными фарами, оставила грузовик на холостом ходу в двухстах метрах от ограды, взяла Дуранго и пешком отправилась по пустоши к воротам. Вблизи я рассмотрела, что ворота были накрепко закрыты, но, как бы ни вглядывалась, я не смогла обнаружить команду Массарка. Хотя глубиной нутра я чувствовала — они были здесь. В любую секунду я готова была отразить их атаку. Против меня они могли применить что угодно, будь то снайпер или огнестрельный напор, только ничего из этого дерьма не страшило меня. Я неоднократно встречала смерть, но каждый раз она освобождала дорогу, говоря мне: "Ты должна жить, Басолуза". Везение? Мне плевать было на это. Я пришла сюда, чтобы мстить.
Незаметно подкравшись к воротам, я увидела праздничный город. На улицах шныряли развеселенные животные. Самцы и самки вперемешку, бессистемно, наверняка в поисках плотских развлечений. Десятка четыре бодрствующих туш. Справа в отдалении стояла освещенная резиденция Сатира, а у ворот замер небольшой перевозчик грузов. Похоже, Сатира навестили гости.
Я попыталась открыть ворота. Створки намертво перемотали цепью.
— Напряги мускулы, Басолуза. — сказала я. — Тебе нужно туда проползти.
Только я собралась перелезть ограду, как в темноте ударили множественные шаги. Я обернулась и дернула затвор, готовая держаться до конца. В свете фонарей, висевших на ограде, появился Массарк и его группа. По их пастям я сообразила: они не собирались меня убивать.
— Привет, красотка. — сказал Массарк. — Мы увидели твою штуку и решили спрятаться.
— Как дела, красавчики? — оскалилась я.
— Как видишь, мы живы. Где Варан?
— Варана сегодня не будет. Он вышел на отпуск.
Массарк понимающе кивнул. Он осмотрел пустыню, вздохнул и сказал:
— Мы думали вы вернетесь всем составом. Прости, красотка. Мне действительно очень жаль.
— Что вы получите за меня?
— А как ты думаешь? Сатир приказал нам убить вас, если вы вернетесь живыми, но ты ведь понимаешь, что мы не можем убить такую крошку.
— Немудрено. Варан хорошо присыпал твои карманы, Массарк. За это ты будешь год лизать Сатиру зад.
— Пойми, — сказал Массарк. — Дело зависит не только от денег.
— Ладно, не будем болтать впустую. Где Сатир?
— У себя. К нему прикатили торговцы спиртным. С ним десять его людей.
— Ты имел в виду животных? Не путай дерьмо и лакомку, милый. Мне нужно вовнутрь.
— Чем ты слушаешь, красотка? Я ведь сказал тебе, тут замешаны не только наличные. Ты пройдешь в город с одним условием. Уничтожь Сатира и его охрану. Мы подойдем, когда территория будет очищена. Скажем так, нам не помешает новое независимое хозяйство.
— Мне плевать, что вы задумали. Откройте ворота и пропустите меня.
— Будем считать, что мы договорились. — сказал Массарк. — Оружие, еда, лекарства? Тебе нужно что-нибудь?
— Спасибо, мне всего хватает.
— Детка, ты выглядишь великолепно!
Массарк довольно хмыкнул и приказал открыть ворота.
Когда ворота распахнулись, я прошла вовнутрь, не замечая оскалы его прихвостней. Они попытались ощупать мою задницу, но я быстро проскочила мимо них, а дальше сделалось свободно. Город раскинулся передо мной точно карусель, увешанная гирляндами. Я решила не идти по главным улицам, опасаясь постов Сатира, и потому круто свернула, затерявшись в тени городских проулков. Сладкая парочка, стоявшая у меня на пути, отшатнулась, когда увидела мою пушку. Миновав несколько загаженных улочек, полных нечищеной нечисти, я подобралась к забору резиденции Сатира. Вышагивая в тени ограды, я видела грузовую машину, припаркованную у распахнутых ворот. Два чудака в замасленных костюмах периодически брали из нее коробки и сносили внутрь.
Прибавив шагу, я резко завернула во двор и увидела парочку псов. Они сидели ко мне спиной и задумчиво курили, охраняя коробки, принесенные грузчиками. Вскинув винтовку, я прострелила им головы. Грузчики уронили коробки и упали на колени, а я приказала им убираться к черту, и тогда они побежали. На дворе было пусто, но когда разразилась стрельба, из дверей появились остатки свиты Сатира. Четверка, на ходу готовя оружие, неслась ко мне, наперегонки преодолевая лестницу. Мне пришлось считать их, чтобы быть уверенной. Раз и два — ворота. Три, четыре, пять и шесть — лестница. Седьмой ублюдок задумался с журналом в толчке. Я вышибла дверь ногой и, выставив автомат, расстреляла его в упор. Восьмой с куском железа нашелся в коридоре второго этажа — так и остался лежать у стены. Девятая и десятая скотины подохли в личном кабинете Сатира. Несмотря на их пулеметы, у них тоже не было шансов, как и у всех, кто решил столкнуться с рассвирепевшей Басолузой.
Это было легко. Как нож в масло.
Сатир смотрел на меня, всей тушей вдавливаясь в стул. Рядом с ним восседал усыхающий хрен.
— Ты торговец алкоголем. — сказала я.
— Да-да, именно так. — промямлил он, заикаясь. — Сколько вам нужно?
— Сколько мне нужно? — перепросила я. — У тебя не будет столько, сколько нужно мне.
Я выстрелила. Торговец алкоголем опрокинулся, окропляя кровью и мозговой жидкостью белоснежную портьеру. Сатир потянул конечности под стол.
